Читаем Итоги № 48 (2012) полностью

Братья Стругацкие — будем уж теперь их писать вместе — стали единственным автором, чье полное собрание сочинений издали читатели-поклонники, объединившиеся когда-то в группу «Людены». Издали со всем справочным аппаратом, письмами, дневниками, черновыми вариантами… Это уникальный случай в истории русской литературы. Но он закономерен. Дело в том, я абсолютно уверен, что в лице братьев Стругацких, и особо по грустному случаю — Бориса Натановича, мы просмотрели настоящего литературного классика. Без скидок на фантастический жанр. Мне даже как-то обидно за нашу литературную критику: у них явно чего-то не хватало внутри, чтобы верно оценить явление. Кто говорит, что не любит Стругацких? Или совсем дебилы, или, наоборот, высоколобые снобы. Сегодня трудно назвать классиком кого-то из деревенщиков, писателей-фронтовиков или постмодернистов — при всем к ним уважении. А Стругацких уже можно. Вдруг выяснилось, что самое большое влияние на умы оказали именно их книги, те самые, где они в блестящей литературной форме, ясной, чистой, кристальной, говорили о настоящих ценностях жизни: о любви, дружбе, верности, чувстве собственного достоинства и чувстве долга. В их простом изложении эти вещи были всем понятны и доступны. Но критики прошли мимо. Превозносили прозу классиков из союзных республик, устраивали о них дискуссии. А о Стругацких почему-то никогда не спорили...

Я сам писатель-фантаст, считаю себя учеником Стругацких. И вместе с тем всегда стремился оттолкнуться от их творчества как можно сильнее, потому что подражателей и так была тьма. Зачем нужен еще один?

Наш Бор Натаныч, как многие его называли, был хорошим, добрым, честным, требовательным, порой ехидным... Помню, как отмечали его 60-летие. Было это то ли в Репине, то ли в Комарове. Его друзья, армянские астрономы, прислали ему огромный флакон коньяка «Ахтамар». А Борис Натанович по этой части был не мастак, он не любил выпивать и не любил выпивающих. Но в честь своего дня рождения все же позволил себе расслабиться. На каком-то этапе мы с ним стали петь украинские песни, которых он, как оказалось, знает великое множество. Пока не перепели, не успокоились. От моего курса его знаменитого семинара осталось всего четыре человека — моих товарищей и страстных поклонников «А. и Б.». Остальные ушли. Они рано уходили, не могли как следует в жизни прижиться. Потому что наша жизнь учит быть гибким, покорным, хитрым, подлым. А для человека, выросшего на книгах Стругацких, это очень тяжело.

В нашей, еще советской технической интеллигенции, а потом и гуманитарной они воспитали целое поколение с определенным мировоззрением. Недаром понятие «мэнээс» — младший научный сотрудник — включало в себя понятие «читатель, поклонник Стругацких», что обозначало определенный человеческий тип. Сегодня эта общность распалась. В последнем своем романе «Бессильные мира сего» Борис Натанович рассказал о том, как гениальный учитель разочаровался в своих учениках. История знает куда больше других примеров: когда ученики разочаровываются в учителе. Но он написал именно то, что написал, и сделал это с очевидной горечью. Возможно, имея в виду себя. Ведь он всегда хотел создать вокруг себя содружество интеллектуалов — и создал, но сохранится ли оно после его смерти? И существует ли уже сейчас? Об этом и написан его последний роман…

Семинар, который я упомянул, проходил раз в месяц на набережной Макарова. Несколько раз я там бывал — когда время семинара совпадало с моими приездами из Красноярска в Питер. Начиналось все с того, что все знакомились с обсуждаемым текстом в бумажном виде, выбирались «прокурор» и «адвокат», один, соответственно, обличал произведение, другой защищал... Конечно, обидно бывало оказаться раскритикованным... Из этих семинаров вышли Вячеслав Рыбаков, Андрей Столяров, Святослав Логинов — лидеры современной фантастики, первоклассные писатели… Мы горячо дискутировали, чтобы не сказать ругались, а Борис Натанович сидел и ухмылялся...

Я даже не знаю, можно ли на современном языке определить нравственные принципы Стругацких и их круга. Ну как объяснить человеку, что такое порядочность? Если он задает этот вопрос, ему уже ничего не объяснишь.

Иногда от фантастов требуют, чтобы они предсказали развитие общества. Напрасно. Фантасты ничего никогда толком не умели предсказывать. Иногда совпадают какие-то детали, не более. Мы, например, верили в развитие технологий, а общество развивается в сторону виртуальной реальности. Почему братство людей на основе высоких технологий не состоялось? Человечество стремится искать легкие пути. Человек невоспитанный ни в чем себя не ограничивает, хотя давно пора понять, что безудержное потребление приведет к катастрофе. По отдельности люди это понимают, а вместе — нет...

Поклонникам А. и Б. Стругацких я вот что хочу сказать напоследок. Помните авторов, которые делали вашу жизнь интересной, которые сделали лучше вас самих. Постарайтесь передать эту любовь детям и внукам, постарайтесь, чтобы они читали их мудрые и серьезные сказки.