Читаем Историкум 2. Terra Istoria полностью

А пока в ожидании ответа, продегустировав местные круглые шоколадки «Studenten Kiss’ и прокатившись по горной железной дороге Heidelberger Bergbahn от Цвингерштрассе до самой вершины Кёнигштуля, Фауст охотно согласился составить Грете компанию в поездке к горе Брокен. Благо как раз был конец мая, а значит, приближалась знаменитая Вальпургиева ночь. Хочется отметить, что подобные празднества имеют место быть почти на всех обитаемых планетах — как для увеселения туземцев в стиле их архаичных обычаев, так и для фиксации сторонников тех же архаичных обрядов, которые пока не прониклись галактическими устремлениями. Но аппарат управления Разумным Космосом способен перевоспитать и даже переварить и не таких аборигенских пупсиков.

По дороге к Брокену Грета рассказала о своих предках чуть подробнее. Они происходили из рода графа Адальберта из Хаймара под Хильдесхаймом, который еще в ХII веке поселился в городке Вернигероде и построил там крепость. Его потомки расширили резиденцию и, самое главное, возвели в городке игорный дом, ныне это архитектурная гордость всей Германии и ратуша Вернигероде.

— Это которая с фигурками? — уточнил Фауст.

— Да, а ты тут уже был?

— Читал в дедушкиных записках.

— Ты хочешь сказать, что существуют мемуары Фауста?

— Я уже упоминал о них.

— Ну вот видишь, я сразу не осознала. Они настоящие?! Или просто семейная легенда?

— И то, и другое. Это просто дневник. Но на ратуше должны быть тридцать фигурок.

— Тридцать три. Там еще театр был, на втором этаже.

— А мельница сохранилась?

— Мельница? — озадаченно переспросила Грета.

— Да, водяная мельница, поблизости от ратуши. Она уже во времена дедушки была довольно старой.

— Не знаю… А, подожди, может, это «Кривой дом»?

— Мельница была на канале.

— Тогда точно он. Канал давно засыпали, дом просел, но цел до сих пор. Я тебе покажу его.

— Отель там найдется?

— Отель везде найдется. Есть даже один в очень старом доме, который называют Готическим. Хотя тут все дома можно так назвать.

«В Вернигероде за время моего отсутствия ничего не произошло, — писал в дневнике Фауст-дед. — Хотя Герхард Аденбюттель, у которого я пару раз гостил, продал семейное гнездо какому-то Райфенштайну, а сам уехал странствовать. Местные ругают его за это как последнего дауншифтера. Райфенштайн затеял в доме такую перестройку, что невозможно подойти. А я ведь сдуру оставил там кое-что, рассчитывая вернуться и забрать…»

Интересно, что это может быть, подумал теперь младший Фауст. Возможно, стоит поискать еще один тайник, если удастся попасть в историческое здание? Похоже, дедушка увлекался тем, что здешние аборигены называют геоэкшинг, там тоже важную роль играют всякие скрытые закладки и тайники. Впрочем, сие вошло в моду в Средние века, и теперь потомки продолжают браво играть в поиски сокровищ, тайных карт, схем, рукописей и прочей условной мишуры.

Но первым пунктом в программе у Фауста и Греты значилось посещение прославленной горы Брокен, традиционно считавшейся местом, где в ночь на 1 мая собираются на шабаш — или мистический бал, кому как нравится, — ведьмы, колдуны и всевозможные хтонические сущности. Разумеется, аккуратно внесенные в местную полицейскую картотеку.

Этот путь начался с крохотного одноэтажного вокзальчика, крытого красной черепицей и украшенного изображением пестрого паровозика, предварявшего внушительную надпись Harzer Schmalspurbahnen. У перрона путешественников поджидал уже настоящий паровоз с несколькими желто-красными вагонами. Внутри вагон оказался достаточно уютным — с мягкими, обтянутыми бордовым плюшем сиденьями и деревянными столиками, на каждом из которых была нарисована схема местных узкоколеек.

— Смотри, — воскликнула Грета, — тут и открытая площадка есть. Можно ехать на воздухе.

— И воображать, что летишь на метле, — пробормотал Фауст.

— Ну, твой дедушка вообще должен был пешком сюда идти, если верить канонической версии!

Фауст-младший не стал ее разубеждать — согласно семейному архиву, дедушка обожал лихачить на мотобайке, который он прихватил с собой на Землю, чем и могли объясняться его легендарные передвижения по планете с несоответствующей тому времени скоростью.

Но романтика романтикой, а даже последний апрельский вечер в горах Гарца был еще недостаточно теплым, поэтому Фауст и Грета расположились у окна вагона.

Поначалу поезд не спеша катился по городу, аккуратно останавливаясь на светофорах. За окном в сумерках проплывали живописные фахверковые домики. Потом начался темный еловый лес с проблесками огоньков на редких станциях и закатным небом над головой. Туристы, которых в поезде было немало, высыпали на открытые площадки, Фауст и Грета последовали их примеру.

На вершине горы путешественников встречал оркестр старинной музыки, аккомпанировавший костюмным пляскам «в ведьминском стиле» или, как принято говорить культурно, — «нью-эйдж».

Была там и съемочная группа местного телевидения. Корреспондент оказался знаком с Гретой, поэтому, отвлекшись от комментирования карнавальных сцен, поспешно подошел к ней: