Читаем Историкум 2. Terra Istoria полностью

Представители уцелевшей в катаклизме родной цивилизации просто обязаны были быть экономными. Дармоеды свое уже отъели. Первыми были перебиты «нереальники» — так называли всех, кто имел дело с исчезнувшими эфемерными данными, не иначе как заботливо фиксировавшими народное горе. Менеджеры, управленцы, диджеи, телевизионщики, телефонисты… Как говаривали знатоки, «кончилась фиксация — кончилось и горе». Пришлось создавать специальные отряды во многих поселениях для борьбы с геймерами, которые по застарелой привычке принялись было охотиться на людей в реале. И потом приторговывать трофеями, изуверы! Заигрались, ироды, вместо заботы о картошке и свекле, яблонях и черной смородине, стратегически важной квашеной капусте!..

Но ходили черные слухи, что, дескать, еще пока живы бодрые (а не бодрые просто не пережили свалившихся превратностей) старички, когда-то управлявшие корпорациями через виртуальное пространство и лично переписывавшиеся и переговаривавшиеся с приятелями, обитавшими за Океаном. Дескать, сии персонажи, как только началась Чума (или, самое странное, — еще до этого), бросили свои глобальные посты и, не взяв никакой компенсации, словно древние рыцари-тамплиеры, изобретшие денежные чеки и европеизировавшие откаты, ушли в поисках Сермяжной Правды в соседние аулы. Когда-то аулом называли территорию, покрываемую одним-единственным провайдером (контора по сплаву и валу информации, ранее — «Бойкие люди и бойкие сплетни!»). Иных уж нет, а другие, которые далече, заведуют почтовыми голубями (теперича — «Узнай от первого голубя!»). Был, правда, один проект, позже разоблаченный как злокозненное вредительство — была предложена система «симпатических улиток», призванных собой заменить пришедший в полную негодность телеграф. Сии улитки должны были, ползая плотными рядами по обустраиваемым землям, отправлять друг другу информационные сигналы при помощи своих личных антенн и при этом служить и бесподобными слизистыми семафорами. При служебном расследовании было обнаружено, что впервые сие изобретение было предложено к использованию во времена Парижской Коммуны неким Жюлем Аликсом, феминистом и социалистом, членом Совета Коммуны. Может, заслан туда кем был? Хорошо хоть, что вместе с Цифрой исчезли попаданцы — проходимцы из разных времен, этакие дорогие (по затратам на кормление и ублажение) горе-специалисты по Светлому Будущему, регулярно и нервно (озирающиеся по сторонам) дающие советы, как что-то где-то сейчас обустроить с мудреной перспективой.

Ну а местные олигархические олигархи, неужто они все как есть не пережили сию Катаклизму? Те самые топ-персонажи не только не померли от Корпоративной Чумы, но были включены в состав Дикой Охоты — конного отряда, шествующего вокруг вашингтонского Белого Дома и лондонского Сити. На наших землях сие формирование ранее существовало под брендом Дикой дивизии. Разве без Диких новый порядок наведешь?

Ну а опосля того, как бытовая и не очень техника приказала долго жить, и ухода из мира прежних топов самыми нужными людьми вдруг оказались выживальщики, над которыми еще недавно посмеивались, как над чудаками со сваленными в закромах запасами. Если в общине или поселке не было хоть одного такого, считалось, что поселок неудачный и особых шансов отстоять свою территорию у его жителей нет, проще сразу войти в унию с какими-нибудь соседями, у которых выживальщик имеется.

Так человечеством была пройдена точка профукации. Иначе говоря, все профукали и ту самую развилку по дороге в Концентрат Мирозданья для венцов либеральной эволюции. Вся оцифрованная информация, булькая и похрустывая, а порой — издавая непотребный запах, погибла вместе с гаджетами, которые обеспечивали ее существование. И вскоре только в сказках, которые старики рассказывали внукам под треск огня в примитивных очагах, остались отголоски блаженного времени, когда существовали Интернет, телевидение и микроволновые печки с таймером, блендеры и пароварки, без которых жизнь была бесцветна и пресна, аки народная колбаса из останков прежней гофры…

Кто Прошлое помянет — тому глаз и что-нибудь еще вон

Нет в мире совершенства, но всегда хочется. Сложности его обретения, как всегда, кроются в формах. После окончания Цифры должна вроде следовать Буква, но народ с радостью выбрал долото, топор и лобзик. Ценность прорицаний (в том числе Ленинского пророчества) резко снизилась. Оказалось, что специалисты, умеющие что-то делать руками или хотя бы представляющие, как это делается, — намного дороже золота. Потому что золото ничего не стоило теперь. Не было ни прежних государств (ну в окрестностях вроде как отмучились, по крайней мере — не видать и не слыхать), ни спецхранов, ни магазинов. Ни диссертациев, ни культурных министерств…