Читаем Истории московских улиц полностью

В нем снимал квартиру издатель популярного журнала "Московский телеграф" Николай Александрович Полевой, и здесь помещалась редакция его журнала.

Купеческий сын и сам купец (во дворе этого дома он построил водочный завод; это двухэтажное здание, в середине XIX века перестроенное под жилое, было снесено сравнительно недавно - в 1970-е годы), он по призванию был литератором и в конце концов вышел из "дела" и целиком занялся литературой. В своей литературной деятельности Полевой выступал выразителем психологии и идей своего класса. "Полевой начал демократизировать русскую литературу, писал о нем А.И.Герцен, - он низвел ее с аристократических высот и сделал более народною или по меньшей мере более буржуазною". Полевой привлекал к сотрудничеству в своем журнале крупнейших современных писателей: П.А.Вяземского, А.С.Пушкина, Е.А.Боратынского, В.Ф.Одоевского и других. Сотрудничество это было достаточно шатко, так как всем своим направлением журнал выступал против "аристократической" дворянской литературы, к которой принадлежали все эти литераторы, и они вскоре разошлись с Полевым.

Но в 1820-е годы эти писатели часто бывали у Полевого - дома и в редакции.

Ксенофонт Алексеевич Полевой, брат и ближайший помощник Н.А.Полевого по изданию журнала, сам талантливый журналист, написал воспоминания о брате и других литераторах, с которыми ему довелось быть знакомым. Ему принадлежит одна из лучших характеристик А.С.Пушкина:

"Кто не знал Пушкина лично, - пишет К.А.Полевой, - для тех скажем, что отличительным характером его в обществе была задумчивость или какая-то тихая грусть, которую даже трудно выразить. Он казался при этом стесненным, попавшим не на свое место. Зато в искреннем, небольшом кругу, с людьми по сердцу, не было человека разговорчивее, любезнее, остроумнее. Тут он любил и посмеяться, и похохотать, глядел на жизнь только с веселой стороны, и с необыкновенною ловкостью мог открывать смешное. Одушевленный разговор его был красноречивою импровизацией, так что он обыкновенно увлекал всех, овладевал разговором, и это всегда кончалось тем, что и другие смолкали невольно, а говорил он. Если бы записан был хоть один такой разговор Пушкина, похожий на рассуждение, перед ним показались бы бледны профессорские речи Вильмена и Гизо.

Вообще Пушкин обладал необычайными умственными способностями. Уже во время славы своей он выучился, живя в деревне, латинскому языку, которого почти не знал, вышедши из Лицея. Потом, в Петербурге, изучил он английский язык в несколько месяцев, так что мог читать поэтов. Французский знал он в совершенстве. "Только с немецким не могу я сладить! - сказал он однажды. Выучусь ему, и опять все забуду: это случалось уже не раз". Он страстно любил искусства и имел в них оригинальный взгляд. Тем особенно был занимателен и разговор его, что он обо всем судил умно, блестяще и чрезвычайно оригинально".

За последним домом квартала - старинная Срединка - площадь между проспектом Мира и бывшей 2-й Мещанской, переименованной в 1966 году в улицу Гиляровского (известный репортер и мемуарист в молодые годы жил несколько лет на этой улице). Сейчас она заставлена современными торговыми павильонами, вокруг - современные многоэтажные дома, и лишь церковь Филиппа митрополита Московского осталась от старых времен. О Серединке пушкинской эпохи пишет в своих воспоминаниях "Из прошлого Москвы" Д.И.Никифоров, дополняя несколькими деталями ее тогдашний вид: "В юности моей жил я некоторое время на 1-й Мещанской, на так называемой "Серединке", где есть небольшая площадка и на ней колодезь для пойла извозщичьих лошадей. На этой площадке был дом моего деда со старинными колоннами и мезонином. Дом этот мы продали бывшему в Москве корпусному командиру 6-го корпуса генерал-от-инфантерии Чеодаеву, где он и скончался".

Отсюда начиналась та часть 1-й Мещанской улицы, которая называлась "Крест" или "У Креста". Это название объединило собой и саму улицу, и прилегающую к ней местность.

Происхождение этого названия связано действительно с большим дубовым крестом, установленным здесь в ХVII веке и простоявшим до 1936 года. Событие, связанное с его установкой, - памятная страница истории России и Москвы.

Святой Филипп митрополит Московский, во имя которого построена церковь на Серединке, один из святых покровителей московских, жил во времена царствования Ивана Грозного.

Митрополит Филипп (до принятия монашества Федор Степанович Колычев) происходил из знатного боярского рода. Его отец занимал важные должности при дворе великого князя московского Василия III, отца Ивана Грозного. На высокое положение при дворе московского государя мог рассчитывать и его сын. Но тот избрал иной жизненный путь: в тридцать лет он оставил мирскую жизнь, ушел в Соловецкий монастырь, прошел суровое послушание, постригся в монахи и впоследствии стал игуменом этого монастыря. По всей Руси Филипп пользовался славой праведника.