Читаем Истории московских улиц полностью

Отец Александра Кошелева приобрел дом на Мещанской незадолго до рождения сына. В конце ХVII - начале ХVIII века эта усадьба принадлежала торговцам Евреиновым, сделавшим карьеру при Петре I, во второй половине ХVIII века ею владел Федор Иванович Соймонов - адмирал, географ, путешественник, между прочим, выпускник Навигацкой школы в Сухаревой башне, у его наследников и купил дом отставной полковник Иван Родионович Кошелев, человек родовитый и богатый, имевший в Москве много родни.

Иван Родионович по праву занимает место в ряду неординарных личностей и биографий, которыми так богат русский ХVIII век. Его, оставшегося сиротой в 14 лет, взял на воспитание дядя граф А.С.Мусин-Пушкин, бывший тогда посланником в Лондоне. Выучив английский язык, юноша попросил у дяди позволения поступить в Оксфордский университет, в котором и проучился три года. В двадцать лет он был отправлен дядей курьером в Петербург. Здесь он понравился Потемкину, который взял его себе в адъютанты. Но тут на молодого адъютанта обратила внимание императрица Екатерина II "ради его ума и красоты", как говорит предание, и Кошелев тут же был отправлен светлейшим князем в провинцию и более в Петербург не возвращался. При Павле I Иван Родионович вышел в отставку и поселился в Москве, где, по воспоминаниям его сына, "жил скромно, занимался науками, особенно историей, и приобрел общее к себе уважение". Он был дважды женат, первым браком на княжне Меншиковой, от которой имел четырех дочерей, вторым - на Дарье Николаевне Дежарден дочери французского эмигранта, "родившейся в России и крещеной по православному обряду". Единственным ребенком от второго брака был сын Александр.

Самые ранние воспоминания Александра Ивановича Кошелева связаны с 1812 годом. Его отец никак не мог поверить, что Москва будет сдана французам, поэтому Кошелевы выехали из Москвы в день их вступления. "Большая дорога, пишет в своих воспоминаниях Александр Кошелев, - была запружена экипажами, подводами, пешими, которые медленно тянулись из белокаменной. Грусть была на всех лицах; разговоров почти не было слышно; мертвое безмолвие сопровождало это грустное передвижение. Молодые и люди зрелого возраста все были в армии или ополчении; одни старики, женщины и дети были видны в экипажах, на телегах и в толпах бредущих. Воспоминание об этом - не скажу путешествии - о странном грустном передвижении живо сохранилось в моей памяти и оставило во мне тяжелое воспоминание".

Весною 1813 года Кошелевы вернулись в Москву. Картины московского пожарища также запомнились мальчику. Горел и их дом на Мещанской.

Первыми учителями Александра Кошелева были родители. "Отец учил меня русскому языку и слегка географии и истории; мать учила меня французскому, а дядька-немец - немецкому языку. Я сильно полюбил чтение, так к нему пристрастился, что матушка отнимала у меня книги. Особенно сильное действие произвела на меня вышедшая в свет в 1818 г. Карамзина "История государства Российского". Из сперва вышедших восьми томов я сделал извлечение, которое заслужило одобрение моего отца".

Иван Родионович Кошелев в Москве имел прозвище "либеральный лорд". "Либеральность" отца, выражавшаяся в отношении к слугам и крепостным крестьянам и во многих других обычаях дома, имела большое влияние на формирование личности Александра Кошелева. По всей видимости, либеральный дух оставался в доме и после смерти Ивана Родионовича, скончавшегося в 1818 году.

До четырнадцатилетнего возраста Александра Кошелева обучали приходящие учителя, с ними он прошел полный школьный курс. Затем для прохождения университетского курса и сдачи необходимого экзамена для вступления на службу он начал посещать приватные лекции профессоров Московского университета. Поэт и выдающийся теоретик искусства, профессор кафедры российского красноречия и поэзии А.Ф.Мерзляков преподавал ему русскую и классическую словесность, Х.А.Шлецер, доктор права, - политические науки, В.И.Оболенский, адъюнкт греческой словесности, - древнегреческий язык. Занятия происходили в университете, и, как вспоминает Кошелев, - ученик и преподаватели увлекались, и уроки "вместо полутора часов продолжались и два, и три часа".

На уроках у Мерзлякова Кошелев познакомился с бравшим, как и он, уроки у профессора, своим ровесником Иваном Киреевским. Оказалось, что мальчики жили рядом: "на одной улице (Большой Мещанской) в первых двух домах на левой руке от Сухаревой башни", - рассказывает в своих воспоминаниях Кошелев. (Дом Кошелевых стоял на месте нынешнего дома 5, а семья Киреевских снимала соседний дом, находившийся на месте нынешнего дома 3).