Читаем Истории московских улиц полностью

Вокруг Лубянской площади и Большой Лубянки сохранилось много зданий, связанных с деятельностью органов в эпоху ленинско-сталинских репрессий, редкий по концентрации и целостности исторический комплекс, невольно вызывающий мысль о музее. Эту идею обсуждали в "Мемориале", но оказывается, она посетила головы не только бывших жертв репрессий.

В московской газете "Вечерний клуб" от 26 февраля 1998 года напечатана информационная заметка под названием "Добро пожаловать на Лубянку": "По инициативе и при участии Министерства внутренних дел России на карте столицы появился новый экскурсионный маршрут. Он начинается на Лубянке, в здании культурного центра МВД. За сценой его концертного зала когда-то располагался кабинет Дзержинского - от него сохранился вмонтированный в стену сейф. Холл до сих пор украшает зеркало, в которое оглядывал себя Лаврентий Берия. Для туристов воссоздан интерьер кабинета сотрудника НКВД 30-40-х гг. Продолжается маршрут в лубянских подвалах. Здесь со временем предполагается открыть музей памяти жертв репрессий и даже поместить в нем восковые фигуры".

УЛИЦА СРЕТЕНКА - ПАМЯТЬ

О ЧУДЕСНОМ СПАСЕНИИ МОСКВЫ

Сретенка принадлежит к числу самых известных московских улиц. Известностью своей у современных москвичей она в первую очередь обязана названию. Ю.Нагибин, рассказывая о Сретенке, пишет: "Ничего примечательного вы здесь не обнаружите, кроме церкви при выезде на Сухаревскую площадь. Церковь носит странное название Троицы в Листах". (Заметим, что даже в церкви автор отметил не ее архитектуру, а "странное название".) Менее категорично, но, в общем, в том же тоне говорит о Сретенке москвовед Ю.А.Федосюк, в путеводителе "Москва в кольце Садовых", изданном в 1991 году: "Описывать биографию сретенских домов - дело трудное и неблагодарное. Стены многих из них стоят еще с ХVIII века, постройки обновлялись и видоизменялись в зависимости от возможностей и вкусов часто менявшихся владельцев... К тому же ценных памятников архитектуры тут немного".

Итак, застройка Сретенки - типичная, употребляя термин историка архитектуры, рядовая застройка. Имена часто менявшихся владельцев домов и еще чаще менявшихся жильцов весьма скупо отразились в документах: "Я пытался выяснить, кто из знаменитостей жил на улицах, о которых идет рассказ, - пишет Нагибин, говоря о Большой Лубянке и Сретенке. - Урожай оказался на редкость скуден". Он называет всего три имени: художника Пукирева, скульптора Волнухина и актера Мочалова, жене которого принадлежал дом № 16 по Сретенке.

Но зато название улицы - старинное, выразительное, единственное, неповторимое, действительно уникальное, то есть истинно московское настоящее сокровище московской топонимики! В последнее десятилетие многим старинным московским улицам были возвращены их исторические названия. Возвращение происходило шумно, принародно, в спорах, с митингами. В связи с этим часто упоминалась и Сретенка: вспоминали, как много раз в прежние годы партийные чиновники Моссовета предполагали заменить его - ведь церковное! на более соответствующее времени, но судьба как-то уберегла название, и оно прошло через переименования двадцатых-тридцатых годов, через хрущевское атеистическое наступление пятидесятых - и сохранилось.

Каждый заинтересовавшийся происхождением этого названия, заглянув в одну из книг по топонимике Москвы, которых в последние годы издано немало, легко может узнать о том, что название действительно "церковное" и дано улице по Сретенскому монастырю, находящемуся на Большой Лубянке, или улице Дзержинского (в зависимости от того, справочником какого года издания воспользоваться).

Старинные московские названия улиц всегда связаны с какой-либо примечательной чертой именно этой улицы - таково главное правило истинно московской топонимики.

Замечательный историк Москвы, глубокий знаток московской топографии и топонимики Алексей Александрович Мартынов на основании изучения обширного фактического материала в своей книге "Названия московских улиц и переулков с историческими объяснениями" делает такой вывод: "Названия урочищ, площадей, улиц и переулков произошли не случайно; не произвольно выдуманы были имена для обозначения той или иной местности. В этих названиях заключается большей частью указание на историческое событие, на известное в свое время лицо, на бытовую черту, на местную особенность; в них хранится память прошлого, иногда отдаленного..." Далее он пишет о том, что со временем исторические реалии могут забываться и тогда для объяснения исторических названий требуются специальные исследования. "Восстанавливать старые названия, - говорит Мартынов, - доискиваться их причины и смысла работа трудная, но в высшей степени интересная. В них оживает, так сказать, перед нами забытое прошедшее. Мы видим постепенный рост города, разнородные составные части, соединившиеся в нем, характер почвы, на которой он выстроился, видим следы народных нравов, древних обычаев, влияние древних родов, выдающихся лиц, впечатление, оставленное историческими событиями".