Читаем Исповедь куртизанки полностью

То, что я увидела, было действительно весьма любопытно. У Сен Бенуа гениталии были определенно мужские, но на крупных яичках имелись складки, напоминающие женские половые губы, а малыш, притаившийся между ними, был и вправду крошечным, но все же больше женской жемчужинки. Я потеребила его, и маленький отросток начал стремительно увеличиваться в размерах. Лакомый кусочек мужского достоинства не больше моего мизинца стоял стоймя. Он прекрасно умещался в моей ладони.

Новинка привела меня в полнейший восторг. Довольная, что ее подарок так приглянулся мне, де Льопиталь откланялась. Я попросила Сен Бенуа показать мне, какая именно забота заставляла мадам де Мазарен чувствовать себя королевой. Он опустился на колени позади меня, и я подняла юбки. Он и в самом деле умел обращаться с попкой и был нежнее, чем кто-либо из мужчин, которые у меня были. Я горела желанием узнать, так ли искусен кусочек плоти Сен Бенуа, как его язык, но Генриетта объявила о визите короля.

Как раз можно проверить, насколько практичен подарок мадам де Льопиталь. Удастся ли моей новой служанке одурачить Луи?

– Скажи его величеству, что я приму его в спальне, – сказала я.

Я отправила Сен Бенуа в спальню взбивать подушки. Король, как обычно, поприветствовал меня поклоном и поцеловал. Он не заметил ничего странного, когда моя новая служанка присела в реверансе и оставила нас одних.

Пока я наслаждалась этими маленькими радостями, мой враг Шуасель бросил все силы на дипломатические ухищрения. Он основал унию, в которой объединились Габсбурги и Бурбоны. В мае 1770 года дофин Луи, внук короля, и Мария Антуанетта, тринадцатилетняя дочь австрийской императрицы, сочетались браком. Более пышной церемонии я в своей жизни не видела. Пытаясь затмить всех остальных женщин, я надела сильно декольтированное золотое платье, расшитое жемчугом и рубинами. Моя впечатляющая ложбинка привлекала к себе больше внимания, чем новобрачная принцесса. Мария Антуанетта в подвенечном платье была похожа на рыжего мальчишку. Когда нас представили друг другу, она небрежно присела и прошла дальше, не сказав ни слова. Что ж, она не виновата, что завидует мне.

После бракосочетания я пригласила ее на дружеский обед, но она была настолько дурно воспитана, что даже не ответила на мое приглашение. Испорченный ребенок, который когда-нибудь станет королевой Франции, своими успехами был обязан Шуаселю. К тому же новоявленная принцесса не могла простить мне плебейского происхождения, так что она быстро влилась в клику, сразу подружилась с мадам де Грамон и принцессами. Чтобы показать свою неприязнь ко мне, ей хватило наглости усадить одну их своих дам на мое место в театре и отказаться его освободить.

Чаша моего терпения переполнилась. Положение несносной Марии было непоколебимо, и я решила расправиться с Шуаселем.

В правительстве начались склоки между местными парламентами – партией Шуаселя и монархистами, которых возглавлял герцог Эммануэль. Канцлер Рене пытался разъяснить мне положение вещей. Я вытерпела час утомительного монолога, но разобраться в проблеме так и не смогла. Я знала только, что желаю Шуаселю провала. Луи, боясь, что народ не поддержит герцога Эммануэля, не хотел идти против Шуаселя, но я использовала все свое влияние и убедила его величество не предпринимать никаких действий, которые могут навредить Эммануэлю. По умолчанию была признана победа герцога и его сторонников, но в ходе противостояния они, судя по всему, сильно сдали позиции. Вмешательство короля вызвало сильное недовольство народа, а виновницей считали, разумеется, меня. В газетах меня называли «прачкой, которой не удалось обелить грязного д'Эгийона».

Разумеется, щепетильный Эммануэль не мог взять на себя грязную работу по уничтожению Шуаселя, и я обратилась за помощью к герцогу Жану. Он согласился, что пришло время предать огласке отношения премьер-министра с его собственной сестрой. По иронии судьбы эта история была настолько гнусной, что казалась неправдоподобной, и газеты встали на сторону Шуаселя, отказавшись иметь с этим дело. Жан снова нанял Шамильи и Марена. На этот раз сбор компромата на Шуаселя осуществлялся через их связи в военном ведомстве. Мы узнали, что премьер-министр тайно переписывался с королем Испании. Судя по всему, он пытался разжечь новую войну между Испанией и Англией, и Франция не могла остаться в стороне от этого конфликта. Этого было вполне достаточно, чтобы очернить Шуаселя в глазах Луи.

Но прежде чем ставить короля в известность об интригах его премьер-министра, нам необходимо было завладеть корреспонденцией, подтверждающей тайные происки Шуаселя.

Я никогда не довольствовалась малым. Лоран был у меня на посылках, Ив трудился в конюшне, Сен Бенуа скрывался под маской невинности, но и это не могло избавить меня от ревности к девочкам из Pare aux Cerfs. На веранде, куда выходили окна моей спальни, был разбит небольшой садик, и я наняла ухаживать за ним Паоло, восемнадцатилетнего итальянского паренька. Он был высокий, смуглый, с порочными губами и блестящей гривой иссиня-черных кудрей.