Читаем Исповедь черного человека полностью

В разговоре о том, как течет мамина жизнь, они упоминали лишь, что Аркадий Матвеевич вернулся — но умолчали и о том, откуда он вернулся, и по какой причине ему сейчас столь трудно найти достойную работу. Не обсуждались и иные действительно животрепещущие темы, например: какие продовольственные товары и почем продаются в магазинах Владькиного родного Энска и какие очереди приходится маме за ними выстаивать. Разумеется, исключался также разговор о политике — допустим, об антипартийной группе Маленкова — Кагановича, которую летом разоблачил Никита Сергеевич, или о маршале Жукове, которого только что вдруг сняли с поста министра обороны. Совершенно не поощрялись публичные обсуждения на данные темы, равно как и гадания: за что сняли, почему и к чему отставки приведут.

Вот и приходилось маме и сыну, не видевшимся с июня, вести принужденную светскую беседу: о книгах, театрах, погоде. О двух первых спутниках они, разумеется, тоже поговорили — и, хоть Владика и распирало, однако не мог он прямо в ресторане выложить родной матери новость о том, куда его пригласили работать и чем он будет там заниматься.

Прибыли они в «Метрополь» довольно рано — не было даже шести, потому и попали внутрь без проблем. Ближе к ночи зал стал заполняться. Владик лихо осушил рюмку коньяка, развеселился и стал отпускать шепотом едкие комментарии по поводу посетителей. Мужской контингент в зале с фонтаном преобладал. Были и три бая в халатах и тюбетейках, только прибывших, казалось, прямиком из Ташкента, и два лаврушника (как называли тогда выходцев с Кавказа), и парочка типичных стиляг. Мама, тоже пригубившая «Арарата», заразительно смеялась метким характеристикам публики, что отвешивал сынуля.

И вдруг Владислав заметил среди посетителей знакомое девичье лицо. На минуту задумался, вспоминая: где же он его видел? В платье, с маникюром и укладкой, девушка выглядела как-то совсем иначе: женственной и загадочной красавицей. Наконец, дошло: то была одна из тех студенток, с которыми они, стараниями Слона, познакомились, возвращаясь с целины, в Бийске. Нет, не чернявая Галя, что больше понравилась Владиславу, а вторая, за которой ухаживал Вилен: белокурая красавица. С которой Слон тогда еще на поезде до Барнаула прокатился. Вспомнилось Владику и как зовут ее: Жанна. А она лихая! Живет полной жизнью.

Жанна оказалась в ресторане, разумеется, не одна и не с подругами — тогда вообще трудно было представить, что приличные девушки могут вдруг отправиться в злачное заведение, да еще столь высокого полета, без сопровождения мужчин. Вот и будущий педагог оказалась здесь в компании импозантного генерала-летчика — в изрядном возрасте, с седыми висками и золотой звездочкой Героя на кителе. Не обращая внимания ни на что вокруг, офицер и дева тихо беседовали. Со стороны виделось: генерал уговаривает, настаивает, девушка отказывается. Вроде бы отец в чем-то убеждает взрослую дочку? Но — нет, военный смотрел на отроковицу и касался ее руки с лаской явно не отцовской.

Тут заиграл оркестр. Владик выпил еще коньяка и пригласил маму. Генерал со своей дамой не танцевали. Солист оркестра, словно отдавая дань сидевшим за столиком среднеазиатским баям, запел:

Мелодия кончилась. Проводив маму за столик, молодой человек раздухарился и молвил: извини, ма, я тебя покину на пару минут. А когда оркестр заиграл снова, теперь «Подмосковные вечера», подошел к столику, что привлек его пристальное внимание, и обратился к генералу: «Вы позволите пригласить вашу даму?» Герой войны на мгновение оторопел от мальчишеской наглости и с усмешкой молвил, закуривая папиросу: «Если она не против».

Жанна оказалась не против, и парочка студентов закружилась в вальсе. Владик танцевал не худо. Коньяк, великолепный зал и красавица рядом воздействовали на него: он чувствовал себя в ударе, язык развязался, ни грамма застенчивости!

Напомнил девушке, что они знакомы.

— Что вы говорите?

Тогда он подсказал, при каких обстоятельствах они встречались: Бийск, целина, спутник. Девчонка в ответ посмотрела на него пристально:

— Что же это вы: бросили свою даму? Она сидит, скучает?

— Это не дама, а мама. А вы здесь с отцом?

— Почти, — девушка усмехнулась.

— Может, вам нужна помощь?

— Какого рода?

— Умчать вас отсюда на лихом коне.

— Не выйдет. Мой спутник — летчик, он вас все равно настигнет, товарищ джигит. Аэроплан быстрее колхозной кобылы.

— Вы знаете, по возрасту вашему спутнику больше подходит моя мама. Я бы мог их познакомить. Она как раз временно не замужем. А мы тогда составим пару с вами.

— Ах, оставьте, вы очень назойливы и лезете не в свое дело, — рассердилась девушка.

— А как поживает ваша подруга? — сменил тему Владик. — Как ее звали — Галя? С кем встречается она? С маршалом?

— Ни с кем она не встречается. Могли бы взять да приехать к ней, раз она вас так интересует.

В течение всего танца генерал ревниво на них поглядывал.