Читаем Искусство слушать полностью

Изменить себя и, можно сказать, совершить трансформацию характера – чрезвычайно трудная задача. Такова цель всех религий и большинства видов философии. Именно к этому стремились греческие философы, как и некоторые современные, и не имеет значения, говорим ли мы о буддизме, христианстве, иудаизме, учении Спинозы или Аристотеля. Все они пытались выяснить, что человек может сделать, чтобы задать себе направление, чтобы превратить себя в лучшего, более возвышенного, более здорового, более радостного, более сильного.

Большинство людей действуют из чувства долга, понимая, что они обязаны так поступать; это значит, что они зависимы. Они еще не достигли точки самоутверждения, того, чтобы занять позицию «Это я, это моя жизнь, таковы мои убеждения, таковы мои чувства, и я действую согласно – не моим капризам, это было бы иррационально – а тому, что можно было бы назвать моим рациональным проявлением, основными требованиями, основными силами моей личности, основным смыслом, определяющим меня как человека, – и противно тем побуждениям, которые иррациональны».

Что значит быть «рациональным»? Уайтхед[12] говорил: «Функция разума – способствовать искусству жить». Если бы я выразился своими словами, я сказал бы: рациональное – это все те поступки и все поведение, которые помогают росту и развитию структуры. Иррациональны все те проявления поведения, которые препятствуют или прекращают рост и единство структуры, касается ли это растения или человека. Поведение, способствующее росту и развитию, согласно теории Дарвина, появилось для безопасного обеспечения интересов выживания индивида и вида в целом. Таким образом, оно в первую очередь благоприятно для индивида и для вида, а потому рационально. Сексуальность совершенно рациональна. Голод и жажда совершенно рациональны.

Беда с человеком заключается в том, что его поведение очень мало определяется инстинктами. В противном случае, веди себя человек как животное, он был бы вполне рационален – любое животное вполне рационально. Если вы откажетесь от привычки путать рациональное с интеллектуальным, то окажется, что рациональное не есть нечто обязательно мыслительное; рациональное в такой же степени относится к действиям. Вот пример. Если кто-то строит фабрику в месте, где трудовых ресурсов мало и услуги дороги, так что он больше нуждается в рабочих, чем в оборудовании, этот человек действует экономически иррационально, потому что его поступок ослабляет и со временем разрушит его экономическую систему – систему фабрики, – и через год или два фабрикант обанкротится.

Со времен Фредерика Уинслоу Тейлора[13] экономисты говорят о рационализации в смысле, совершенно отличном от психологической рационализации. Под рационализацией они понимают изменение методов работы на более адекватные с точки зрения оптимального функционирования экономической единицы – не с точки зрения человека.

С точки зрения человека следовало бы сказать: иррациональны не инстинкты, а страсти. Животным не свойственны зависть, разрушительность ради разрушительности, желание эксплуатировать, садизм, стремление к власти – все эти страсти едва ли присущи по крайней мере млекопитающим. У человека они развиваются не потому, что коренятся в его инстинктах, а потому, что их создают определенные патологические условия окружающей среды, приводящие к возникновению патологических черт у человека. Вот простой пример. Если у вас есть семя розы, вы понимаете, что, для того чтобы из этого семени вырос куст с прекрасными цветами, требуются определенная влажность, температура, грунт, и посадить семя нужно в определенное время. Если эти условия соблюдены, то из семени – если не случится каких-то чрезвычайных обстоятельств вроде мучнистой росы – разовьется прекрасное растение. Если вы посадите семя в чрезмерно увлажненную почву, оно просто сгниет, погибнет. Если вы создадите для растения условия, которые не оптимальны, вы получите розовый куст с дефектами – плохо растущий, плохо цветущий. Семя розы полностью разовьется в розовый куст, только если ему будут созданы определяемые эмпирически – и только эмпирически – условия, способствующие росту этого конкретного семени.

Это верно также для животного, как известно любому заводчику; верно это и для человека. Мы знаем, что человеку, чтобы вырасти, нужны определенные условия. Если эти условия не выполняются, если вместо тепла ребенок встречает холодность, вместо свободы – принуждение, вместо уважения – садизм, то ребенок не умрет, но вырастет искривленным, как вырастет кривым дерево, не получающее нужного ему солнечного света. Эти страсти – искаженные страсти, являющиеся следствием неадекватных условий, – иррациональны. О них можно сказать, что они не укрепляют внутреннюю систему человека, а ослабляют и со временем разрушают ее, иногда даже доводя до болезни.

Ответственность индивида за психический рост