Читаем Искусство слушать полностью

Однако многие симптомы могут излечиваться также – и, возможно, исключительно – психоанализом; это определенные случаи навязчивых сомнений, разнообразные компульсивные и истерические симптомы, и иногда они излечиваются очень легко. Позвольте мне привести пример очень легкого, очень простого психоаналитического лечения, избавившего от симптома всего за несколько часов. Я помню женщину, которая обратилась ко мне с жалобой на то, что, когда бы она ни выходила из дома, ее преследовала навязчивая мысль о том, что она не выключила газ или еще что-то, что приведет к пожару. Каждый раз она испытывала компульсивное побуждение вернуться домой и удостовериться, что пожара нет. В пересказе это звучит не слишком серьезно, но на жизнь женщины это оказывало совершенно разрушительное действие, потому что она практически не могла уходить из дома. Ей приходилось бежать обратно, симптом был непобедим. Потом женщина рассказала о своем прошлом и упомянула, что четыре или пять лет назад она перенесла операцию по поводу рака; не слишком тактичный хирург сказал ей, что, хотя на тот момент опасность была устранена, конечно, существует возможность появления метастазов, и тогда рак распространится, как пожар. Такая перспектива была очень пугающей – пугающей для любого человека, и женщина очень боялась распространения опухоли. Ей удалось перевести страх перед раком в страх перед пожаром. Теперь она боялась не рака, она боялась пожара, и хотя такое переживание было разрушительным, сам по себе симптом был лекарством от худшего страха – страха перед возвращением рака.

Как оказалось, в тот момент – как я уже говорил, прошло около пяти лет после операции – шансы возникновения метастазов были относительно невелики, и женщина смогла избавиться от страха перед пожаром, не испытывая больше страха и перед раком. Однако если вы представите себе ситуацию на год, на три года раньше, то сомнительно, принесло ли бы ей пользу понимание своего страха перед пожаром, потому что, осознав его, она снова вернулась бы к страху перед раком, что было бы гораздо мучительнее и разрушительнее, чем боязнь пожара. Здесь перед вами очень простой симптом, едва ли не простейший, какой только можно встретить, который исчезает почти немедленно, как только переводится в то, чего человек на самом деле боится. Большинство случаев более сложные, но я сказал бы, что, когда применяется психоанализ, по большей части для лечения симптомов его бывает достаточно.

Во времена Фрейда большинство пациентов, обращавшихся к психиатру, страдали от таких симптомов, особенно истерических, которые сегодня весьма редки. Дело, как вы видите, в изменении стиля неврозов, происходящем вместе с изменением культурных паттернов. Истерия – это огромный выброс чувства, и если вы видите истеричного человека со всеми этими выбросами, криками и рыданиями, вы можете подумать об ораторе последнего столетия, о любовных письмах и тому подобном – если мы видим все это сегодня в кинофильмах, выглядит это просто смешно. У нас совсем другой, прозаичный стиль, мы не показываем свои чувства, и сегодня шизоидные симптомы, симптомы отсутствия связи с другими людьми и их последствия встречаются гораздо чаще.

Во времена Фрейда на первых позициях были симптомы не только истерии, но и компульсивные симптомы, и обращались люди к психиатрам, которые видели доказательство болезни в действительно тяжелых симптомах. Сегодня, сказал бы я, большинство тех, кто обращается к психоаналитику, страдают от того, что Фрейд называл «болезнью века», недомоганием, типичным для нашего столетия. Нет никаких симптомов, но человек чувствует себя несчастным, у него нет даже бессонницы, но жизнь не имеет смысла, он не радуется жизни, плывет по течению, ощущает смутное недомогание. Пациенты ожидают, что психоанализ может изменить это, и говорят об «анализе характера», характера в целом, а не об анализе симптомов, потому что действительно страдают от болезни, которую нельзя определить словами, но которую очень ясно ощущают, заглядывая в себя и в других людей.

Этот тип психоанализа называют анализом характера, что является несколько более научным термином для людей, которые страдают от самих себя. Тут нет ошибки. У этих людей есть все, но они страдают от самих себя. Они не знают, что им с собой делать, и от этого страдают, это для них обуза, проблема, которую они не могут разрешить. Перед ними головоломка… кроссворд они могут решить, но не способны ответить на загадку, которую жизнь предлагает каждому.