Читаем Искусство обмана полностью

«…Мне 47 лет. Я не суеверна. 30.09.75 г., находясь в командировке в Москве, я вошла в парк, села на уединенную скамейку и занялась чтением своей рукописи. Ко мне подошла цыганка, на ее голос я подняла голову; поодаль стояли еще несколько цыганок.

Цыганка начала говорить, а я — послушно выполнять ее указания. «Я не цыганка, а сербиянка, — повторила она два раза, — я родилась с рыбьим зубом (повторила два раза). Достань монету, заверни ее в бумажные деньги. Повторяй за мной: «Деньги, мои деньги». Зажми деньги в руке». Далее следует провал памяти. Денег она у меня не отнимала, но показала мне свою руку, в которой денег не оказалось; в моей, разумеется, их тоже не стало. Тогда я встала, а она мне сказала: «Денег не жалей, они вернутся». Я отлично понимала, что этого не будет; другая цыганка стала просить у меня денег, я сказала: «У меня только мелкие монеты, я не могу их дать, а то мне не доехать до дома». Третья попросила у меня конфету «для ребенка», и я дала ей (у меня в сумке был виден кулек с конфетами), я направилась к более людному месту, и одна из цыганок пошла за мной. Она мне сказала: «Сними кольцо, чтобы ты хорошо жила». В ответ я сказала что-то вроде: «Я не верю». «Сними кольцо, — повторила она, — а то не доедешь до дому, ты вся почернеешь!»… Тут мы вышли на солнечное и людное место, и я прогнала ее. Видимо, на моем лице был страх, потому что она говорила: «Ты меня не бойся!»

Все время я была в полном сознании, видела окружающие предметы, деревья, людей, глаза первой цыганки, ее ладонь… янтарные серьги в ушах второй цыганки (ее бы я узнала)…»

За этим рассказом следует характеристика, которую дал этой женщине проф. Свядощ: «…по характеру общительная, властная, умеет быть сдержанной. При экспериментально-психологических пробах повышенной внушаемости не обнаруживает. Не гипнабельна».

Таким образом, подтверждается, что даже люди с устойчивой психикой, не поддающиеся классическому гипнозу, могут быть введены в транс при применении нетрадиционных методик внушения.

Медицина

Традиционная медицина

Когда речь заходит об обмане в медицине, я вспоминаю прекрасную повесть Г. Белых и Л. Пантелеева «Республика ШКИД», где рассказывается, как бывшие беспризорные добывали себе освобождение от учебы:

«— А вы что? — подняв брови, спросил Костец.

— Не можем, — скривив лицо, проговорил Японец. — У нас ноги болят.

Японец, прихрамывая, подошел к воспитателю и поднял босую ногу. Нога на пятке пожелтела, вздулась, и в самом центре образовалось отвратительное на вид нагноение.

— Нарыв в последней стадии, — стонущим голосом отрекомендовался Японец. — В уборную еле хожу, не только что на гимнастику.

— Ладно, оставайся, — сказал Костец. — А ты что? — обратился он к Янкелю.

Янкель чуть ли не на четвереньках подполз к халдею.

— Сил нет, — прохрипел он. — Замучила чертова гадина. — Он загнул брюки. На изгибе колена и дальше к бедру проходил страшный, красный с синеватыми прожилками шрам.

— Оставайтесь, — согласился Костец и вышел из класса. Когда он вышел, Янкель, плотно закрыв за ним дверь, сказал:

— Ну, брат, сейчас, пожалуй, можно и вылечиться. — С этими словами он подошел к своей парте, загнул брюки и, помусолив ладонь, одним движением руки смыл страшную рану».

Так, рисуя на своем теле шрамы и нарывы, мальчишки отлынивали от ненавистных уроков гимнастики. Это лишний раз подтверждает, что симуляция болезней — обычное явление в человеческой жизни. Я вспоминаю, что, работая преподавателем анатомии в медицинском училище, сталкивался с целой эпидемией гриппа в учебных группах перед поездкой на сельхозработы. По мере приближения роковой даты отправки в колхоз у девчонок обнаруживался такой насморк, что они еле успевали менять платочки — так обильно у них текло из покрасневших, воспаленных носов. Лишь впоследствии выяснилось, что для этого применялось крайне простое средство — вдыхание через нос мелко истолченного порошка сухого канцелярского клея.

Однако в истории любой страны наступают моменты, когда симуляция приобретает массовый характер. Это происходит во время военных действий, когда тысячи «пацифистов» под всякими предлогами отлынивают от военной службы. Именно о таком времени ярко и образно писал Ярослав Гашек в своей бессмертной эпопее о бравом солдате Швейке.