Читаем Искушение Фрейи полностью

Вздыхаю. Надо бы спорить, но спорить почему-то не хочется. Хочется вот так стоять и ни о чём не думать. Возбуждение после боя схлынуло, лишь блаженная усталость во всём теле. И пусть мы стоим совсем близко… в этот момент хочется ещё ближе. И чтоб куда-то провалились уже ко всем чертям последние зрители, которые с любопытством поглядывают на нас и не торопятся уходить.

Кто-то из группки высоких таарнцев, столпившихся на краю Кошачьей лапы, выкрикивает в нашу сторону:

- Эй, Мэл! Сто лет тебя не видели. Пойдём, посидишь с нами?

Он осторожно перемещает ладонь – она как-то удивительно удобно и как надо ложится мне на шею. Гладит щёку большим пальцем.

– Не уверен, что моя девушка меня отпустит. Она у меня ревнивая.

Вспыхиваю и отвожу глаза.

- Иди куда хочешь.

Хочу добавить, что я не твоя девушка. Мэл смотрит пристально и ждёт. А у меня не получается сказать этих слов.

В синих глазах вспыхивает что-то жаркое, что находит отклик глубоко внутри меня. Такая яркая радость, что у меня не хватает духу его разочаровать.

Больше не могу.

Уставшая кошка ложится на спину и подставляет нежный живот.

Если у меня ещё оставались в душе, на самом донышке, крохотные силы кому-то доверять… пусть это будешь ты.

Мэл выдыхает, тянет меня к себе. Запускает руку мне в волосы и шепчет на ухо:

- Сегодня ночью не запирай дверь. Я приду – за своей наградой победителя.

А потом оставляет меня и уходит к друзьям. По дороге вдевает меч в ножны, подхватывает с песка мятую рубашку и кольчугу, а заодно и меч Дэя. Смеётся:

– Парни, я ненадолго! У меня на сегодня ещё много планов.

Смотрю в широкую спину, любуюсь гибкой грацией походки расслабленного хищника. И вместо того, чтобы злиться, почему-то радуюсь. Мне очень, очень нужно это время – привести в порядок мысли и хоть немного прийти в себя. Мне кажется, Мэлвин тоже это понял. Иначе вряд ли оставил бы меня одну в такой момент.

Как сомнамбула я пошла прочь с арены в противоположном направлении.

Какие-то мужчины, переговариваясь, мирно и буднично гасили чаши с огнём одну за другой. Тучи, влекомые свежим ночным ветром, набегали на лик луны. Становилось совсем темно. Так что очень хорошо, что мама Мэла и Мирей подождали меня, иначе в таком состоянии я ни за что бы не нашла дорогу обратно. И так без конца спотыкалась на ровном месте.

Любопытная егоза Мирей пыталась ко мне пристать с какими-то вопросами на обратном пути. Я не понимала, что она говорит. Вообще ни одного слова не слышала. Мать на неё строго шикнула:

- Не сейчас! Не видишь, она в шоке?

Я схватила маму Мэла за рукав.

- Леди Мэйвинн! Я требую правды! Это точно всего лишь браслет?

Сверкающие искрами веселья зелёные глаза.

- Ты уверена, что хочешь услышать эту правду от меня? Хотя мне почему-то кажется, девочка моя, ты и так её знаешь.

Я отпустила её руку, как ошпаренная, и больше решила не спрашивать.

Остаток пути мы преодолели в полном молчании. Только мать и дочь без конца переглядывались, усиливая мою нервозность. И совсем-совсем некстати всплыли в памяти слова, сказанные Мэлом своей матери перед началом праздника.

«Мне нужно взять у тебя одну вещь»

«Я уж думала, никогда не спросишь».

Так он говорил об этом браслете? Получается, он принадлежал леди Мэйвинн? Это фамильная драгоценность сейчас украшает мою руку и загадочно мерцает в лунном свете россыпью мелких хрустальных осколков, рассыпанных по кошачьей шкуре?

Я решила, что на всякий случай больше вообще никого ни о чём спрашивать не буду. Кажется, я пока не готова к ответам.

…За поздним ужином при свечах у меня кусок в горло не лез.

Все в дружной семейке Вождя, собравшейся за длинным столом, пялились на мой браслет, но никто ничего не говорил. Даже впечатлениями от боя не делились. И ни единого вопроса! Только переглядывались, как заговорщики. В конце концов я не выдержала и откланялась.

Шумное обсуждение в несколько голосов, перебивающих друг друга, вспыхнуло сразу же, стоило мне закрыть за собой дверь. Через общий гул особенно отчётливо пробивались отголоски возбуждённых голосов Мирей и Дэя. У-у-у-у… Это просто невыносимо! Хорошо хоть, Нари уже спала и не вышла меня встречать. Почему-то мне казалось, что если она меня увидит с этой штуковиной на руке, будет взрыв эмоций.

А мне бы свои выдержать.

Наскоро ополоснувшись остывшей водой в умывальной комнате, я пробралась к себе.

Кое-как непослушными пальцами переоделась в ночную сорочку. Долго-долго вычесывала волосы, сидя у окна и глядя в ночь. Наконец, погасила лампаду и прошлёпала босыми ногами по дощатому полу к постели.

Остановилась. Вернулась к двери.

Открыто или закрыто, я не помню?!

Подёргала.

Открыто. Надо же закрыть, правильно? Мало ли кто чего там скомандовал…

Поворачиваю ключ в замочной скважине.

Возвращаюсь к постели.

Снова останавливаюсь.

Иду обратно.

О господи, я никогда, никогда в жизни не нервничала так сильно!

Пальцы замирают на ключе снова.

Пр-роклятье… я его точно когда-нибудь убью. Как же хорошо и спокойно я раньше жила! Вот что теперь делать?