Два санитара провезли вереницу пустых тележек к выходу – на вой приближающейся сирены. Из другой двери выскочила фигура в белом в сопровождении двух сестер. Джо увидел, как по приказу человека в белом одна из сестер начала выталкивать каталку Джулиет.

– Куда ее отправляют? – обратился Джо к дежурному врачу.

– В интенсивную терапию, – мы подключим ее к реанимационной аппаратуре.

– Вы не возражаете, если я пойду с ней?

– Вы родственник?

– Нет… Я… Она одна из моих аспиранток.

– Извините, но вам здесь больше нечего делать.

Джо смотрел, как Джулиет вкатили в лифт.

– Вы думаете, она проживет эту ночь?

Врач посмотрела на Джо несколько отстраненно, давая понять, что ему нечего здесь делать. Казалось, она взвешивала, стоит ли ему отвечать.

– Если проживет, то она просто везучая.

Кто-то позвал ее, она извинилась и поспешила из комнаты. Джо посмотрел на часы: 9:45. Не верилось, что всего три четверти часа назад он покинул торжественный вечер. Казалось, прошла вечность. Он пристально вглядывался вдаль коридора, показавшегося вдруг ужасно тоскливым, и почувствовал себя опустошенным.

Мимо провезли старика в респираторе. Звучали приказы. Джо стоял одинокий и лишний. Он задумался о вспыхнувшем презрении на лице врача, когда та услышала слово «крионика». Так случалось каждый раз, и Джо уже привык, но это все равно будоражило его. Недомыслие такого большого числа умных, интеллигентных медиков, не могущих представить себе, что медицина будет меняться, развиваться: то, что они делают сейчас, покажется таким же устаревшим, как прижигание ампутированных конечностей каленым железом! Все нынешние медицинские знания и умения заменят другие, лучшие, дающие людям возможность жить без боли и смерти.

Джо нашел телефон под стеклянным колпаком и позвонил еще раз Макалистеру. Доктор сказал, что сейчас же свяжется с отделением интенсивной терапии и перезвонит Джо, возможно с более точными сведениями.

Джо ждал у телефона. Две минуты показались ему часом. Едва телефон зазвонил, он схватил трубку. Макалистер задыхался от волнения.

– Джулиет Спринг, да, Джо? Это ее имя?

– Да, – с надеждой ответил Джо.

– Она только что умерла. Буквально пару минут назад, она в палате интенсивной терапии. Хорошо, а? То есть жаль девушку ужасно, но хорошо, что у нас есть реальный человек для работы вместо чучела, ты не считаешь, Джо? Отличный опыт для бригады. Уже шесть месяцев не было пациентов.

Джо потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться.

– Безусловно, – ответил он, задыхаясь от слез.

35

Официально о смерти Джулиет Спринг объявил анестезиолог, доктор Роланд Данс, временно исполнявший обязанности в отделении интенсивной терапии.

Мюррей Макалистер хотел вызвать остальных членов бригады, но Джо решил, что сам поговорит с Блейком, так как все равно пойдет звонить Карен. Однако, прежде чем он сгонял в отделение интенсивной терапии, чтобы переговорить с доктором Дансом, тот сообщил, что обычно в сомнительных случаях к телу нет допуска в течение суток с момента смерти, так как необходимо доложить коронеру.

Данс, худой тридцатилетний мужчина с лошадиным лицом, держался высокомерно. Джо с трудом удалось склонить этого отнюдь не старого, но старомодного человека учесть данные на медицинском браслете Джулиет и искусственно поддерживать сердечно-легочную циркуляцию. Тот весьма неохотно согласился немедленно подключить ее к аппаратуре. Однако категорически стоял на своем, не желая заполнять в свидетельстве о смерти графу «Причина смерти», пока не будет извещен коронер. Без его разрешения тело нельзя вывезти из больницы.

Раньше Дансу не приходилось сталкиваться с пациентами, записавшимися на криозамораживание. Из того малого, что он читал по этому предмету, он сделал заключение, что все это сущий вздор, о чем и сказал Джо. Доведенный до белого каления, почти ломая руки, Джо убедил его, что Данс рискует втянуть больницу в судебный процесс, если сейчас же не позвонит по телефону, указанному умершей на ее браслете, ее личному врачу, который может подтвердить ее диагноз. В конце концов, ворча, Данс отправился в свой офис и позвонил.

Джо вернулся в приемную к сестринскому посту. Кипящая в нем злость заглушала горе. Он оказался плохо подготовлен к такому финалу. В бумажнике лежали служебный и домашний телефоны адвоката Джулиет, и он поспешил по коридору к телефонной будке. По домашнему номеру ответил автоответчик, Джо оставил мистеру Зейлерману сообщение с просьбой срочно перезвонить. Не слишком рассчитывая застать в субботний вечер кого-то в адвокатской конторе, Джо все же набрал ее номер и оставил такое же сообщение.

Затем он позвонил домой. К телефону долго не подходили. Наконец ответил какой-то пьяный голос. Джо попросил Блейка. Прошла вечность, пока подошел Блейк. Джо предупредил его, что в разговоре с женой могут возникнуть сложности, и попросил коллегу о поддержке. Потом Джо попросил позвать Карен, и через долгий промежуток времени услышал ее голос:

– Джо, я не верю, что ты мог так поступить со мной.

– Дорогая, прости, мы должны произвести приостановку жизни.