Ничего не говоря больше, Джо взобрался по лесенке и на коленях продвинулся по верхней плоскости бетонного блока к голове Стасси. Он снова завернул ее в пластиковую оболочку, осторожно положил в нейроконтейнер, установил на место крышку и опустил контейнер в люк. Заново подсоединив трубку снабжения жидким азотом, он завинтил крышку люка и спустился вниз. Он проделал всю эту работу механически, как рабочий на конвейере, не задумываясь над ее смыслом.

– Отведи меня к Джеку, – упрямо сказал он.

Сомнение, как тень пролетевшей птицы, мелькнуло на лице Блейка и исчезло.

– Конечно, Джо, – сказал он. – Конечно, идем к Джеку.

78

Джо удивился, увидев у входа маленький «форд» вместо черного «феррари» Блейка.

– Пришлось взять его напрокат, – объяснил Блейк. – Я не хотел вызывать подозрений, поскольку считалось, что я нахожусь на юге Франции, и решил избежать неприятных расспросов со стороны суперинтендента Лайна и его напарника.

– А я считал, что ты был на юге Франции и принимал там свой самолет.

– С помощью маленького компьютерного ноу-хау можно оказаться в любой части света, не так ли, Джо? В этом отношении у нас гораздо больший диапазон возможностей, чем у кого-либо. – Блейк подмигнул и открыл перед Джо дверцу машины. – Залезай, поедем за твоим младшим. Судя по твоему виду, тебе не следует сейчас садиться за руль.

– Да, – напряженно сказал Джо. – А где Сполдинг?

– Он взял отпуск на несколько дней. Я сам исполнял здесь обязанности ночного сторожа. – Блейк доверительно усмехнулся, влез на сиденье водителя и захлопнул дверцу. – Мы должны посмотреть на все это сквозь пальцы, Джо. Иначе окажемся в глубоком дерьме. Распрощаемся с нашими карьерами и репутацией, если правда выплывет наружу. Надеюсь, ты понимаешь это?

– Я не знаю, в чем состоит правда, Блейк.

Блейк даже не пытался запустить двигатель. Над ними с воем пронесся самолет. Дождь барабанил по крыше.

– Я должен был избавиться от нее и подумал, что это самый лучший способ. С ней было все прекрасно, понимаешь, первую пару недель, до тех пор, пока она не попала к тебе. Все было прекрасно. Ну и сучка. – Его голос сорвался от разочарования. – Она была так дьявольски совершенна!

Он включил двигатель и отъехал от здания, продолжая объяснять, но уже немного впадая в демагогию.

– Я вовсе не хотел, чтобы такое случилось, Джо. Какой ужасный ущерб!

Джо вглядывался в пелену дождя. Через несколько минут он вновь увидит Джека. Через несколько минут сын крепко обнимет его. Надо позвонить Карен. Он хотел позвонить ей прямо сейчас, но его удержало смутное сомнение, которое никак не покидало его. Нет, пусть сперва Джек окажется у него на руках.

– Ущерб? – переспросил он.

– Я долго ждал этой возможности. Девятнадцать лет. И, скажу тебе, Джо, когда она в первый раз открыла глаза, это было самое сильное ощущение… Я… – Он потряс головой. – Я не могу даже описать этого! – Он нажал на газ и прибавил скорость.

Джо благодарил небеса; через считанные минуты он увидит Джека.

– Твой отец был убежден, что витрификация должна работать, – и оказался прав! Боже, если бы он мог увидеть это! Мы с тобой сумели это раскусить! Мы проникли так далеко, черт возьми, и теперь нам нужно только сохранить присутствие духа и выбраться из этих неурядиц! Ты, конечно же, все понимаешь.

Джо думал только о Джеке; о вспышке радости, которой озарится его лицо, о маленьких ручонках, которыми сын обнимет его за шею, когда Джо наклонится к нему.

– Кто присматривает за Джеком – Нико?

– С Джеком все в прекрасно; он спит.

– Ты оставил его одного?

– С ним все о'кей, Джо, – настойчиво повторил Блейк.

– Ему еще нет четырех лет, а ты оставил его одного.

– Мы будем там через десять минут. Ты должен успокоиться. У тебя были тяжкие переживания, и я сожалею об этом. Но мы целую жизнь потратили на этот проект и не должны бросать его теперь. Мы оба должны пойти на определенные жертвы.

Мышцы Джо напряглись.

– О чем ты говоришь, Блейк? – Он чувствовал, что тон его голоса изменился; он звучал странно, словно в сопровождении эха, как отраженный сигнал миноискателя.

– Витрификация, – с удовольствием выговорил Блейк, – означает, что можно хранить тела при более высокой температуре: минус 140° вместо минус 196°. Это предотвращает трещины во внутренних органах. Все это придумал твой отец. И вместо того, чтобы выкачивать кровь и заменять ее криопротекторами, такими как глицерол, можно всего лишь добавить определенные пептиды и протеины из крови полярных рыб, которые живут подо льдом, как сказал твой отец.

– Мой отец сказал – что?