Читаем Искушение полностью

Марвин Зейлерман поднялся на стоическую борьбу. Должно быть, он тоже не спал всю ночь, подумал Джо. Адвокат дословно помнил все самые яркие места из четырнадцати судебных случаев, которые профессор переслал ему по факсу. Он спорил и доказывал убедительно, не обращая внимания на досаждающие рыки судьи Долримпл, потрясающие воздух всякий раз, когда у нее кончалось терпение.

Родители Джулиет ждали в зале вместе с нарядной молодой женщиной – по словам Зейлермана, она была следователем отдела, ведущего дела о насильственной или скоропостижной смерти. Адвокатом, представлявшим коронера, был сэр Квентин Кармайкл, выдающийся королевский адвокат более крупного калибра, чем Зейлерман. Джо решил, что это напыщенный хвастун, но с ним считалась судья Долримпл.

Отец Джулиет, Перегрин Спринг, оказался льстивым самодовольным ханжой, в изящных, точеных чертах лица которого просматривалось сходство с Джулиет, но в нем не было ни капли присущего ей энтузиазма.

Перегрин Спринг велеречиво доказывал, что только Господь, а не человек может решать, чему быть после смерти, задевая чувствительные струны в душе судьи Долримпл, которая явно соглашалась с ним. Он отзывался о крионических организациях как о группе ковбоев, ставящих себя наравне с религией, предполагая, что Джо и Блейк – типичные темные дельцы из Америки, обдирающие легковерных бриттов. Рассудок его дочери был поврежден аневризмой, заявил он, ссылаясь при этом на письменные показания ведущего нейрохирурга, данные под присягой. Джулиет стала жертвой жуликов, поскольку равновесие ее разума было нарушено. Суд должен разрешить похоронить ее по божеским законам, чтобы она не лежала как засунутый в морозилку кусок мяса. От смерти нельзя откупиться.

Тоненькая, во всем черном, мать Джулиет молча сидела рядом с мужем. Ее искаженное страданием лицо почти полностью скрывала свисающая с круглой шляпки вуаль. Джо сочувствовал ей и, несмотря на неприязнь к ее мужу, понимал ее состояние. Он тоже потерял своего ребенка, знал, как тяжело это пережить, знал, что каждый должен найти свой способ справиться с горем.

В час дня судья Долримпл объявила перерыв на ленч. Джо с Зейлерманом, Блейком и Мюрреем Макалистером пошли в паб на Флит-стрит. Настроение у них было мрачное. Блейк позвонил в «Крионит» Энди Уайту и сообщил, что пока нет никаких новостей. Джулиет содержали в охлаждающей комнате в жидком азоте; до окончания судебного разбирательства ее перевод на длительное хранение отложили.

Джо заказал плаумен-сандвич и кока-колу, но, когда принесли заказ, съел только немного сыра с хлебом. Осушив стакан колы, затем еще один, он почувствовал, как сахар, содержащийся в напитке, прибавил ему сил. Все старались предложить свои варианты, как Зейлерману следует отражать огонь из лагеря Перегрина Спринга. Зейлерман все тщательно записывал. Он прагматично смотрел на происходящее, но не мог отмахнуться от нависшей над ними угрозы поражения.

В четыре часа двадцать минут судья Гермион Долримпл в полной тишине принялась просматривать свои пометки. Уже были представлены все свидетельские показания, все доводы. Джо надеялся, что она объявит перерыв до завтра, подарив Джулиет еще один день. Он затаил дыхание. Но – увы. Она принялась резюмировать все сказанное сегодня.

В первой части своего резюме судья казалась справедливой. Время от времени, хотя и немного натянуто, она даже улыбалась, бросая иногда сочувственные взгляды на Джо. Надежды его росли.

Профессор полагал, что она сейчас отсрочит разбор судебного дела. Но уже через несколько минут она, суммируя факты, пришла к совершенно неожиданному выводу.

– В нашей стране не было прецедентов, которыми мы могли бы руководствоваться, – обратилась она к Джо с любезной улыбкой, от которой он впервые за весь день почувствовал что-то теплое к старушке. – Независимо от религиозных взглядов и личных предрассудков, если человек желает, чтобы его останки были заморожены, и, по мнению службы охраны окружающей среды, это никому не причинит вреда, то у закона нет оснований не выполнить эти пожелания.

Она триумфально вскинула голову и сжала губы в улыбке, адресовав ее непосредственно Джо. На какое-то мгновение Джо возликовал, решив, что они выиграли.

– Однако… – Казалось, слово «вечность» висело в воздухе. Судья Долримпл наклонилась вперед, и тут весь ее облик вдруг переменился. Она отвела от него взгляд, будто покончив с этим парнем. – К огорчению профессоров Мессенджера, Хьюлетта и их друзей, закон не может принимать в расчет научные вымыслы. Закон четко определяет, что установление причины смерти должно иметь преимущество перед всеми другими соображениями. И если у коронера есть хоть капля сомнения, он должен сделать все, что в его власти, чтобы эти сомнения развеять. – Она направила пронзительный взгляд на Марвина Зейлермана. – Ваше прошение, сэр, отклонено. Судебными издержками не облагается.

Без лишних церемоний она встала и умчалась прочь.