– Конечно сможем. И Джеку там должно понравиться, в Шотландии отличная рыбалка. Когда они приезжают?

– Через две недели после твоего симпозиума во Флоренции.

Джо кивнул и, откинувшись на подушку, прикрыл глаза.

– Очень удачно. Завтра утром сверюсь с расписанием.

Они немного помолчали, потом Карен тихонько спросила:

– Джо, как ты считаешь, я по-прежнему красивая?

Джо удивился ее вопросу. Он с улыбкой ответил:

– Конечно. По крайней мере, я так считаю. Ты способна сразить любого мужчину наповал.

Лицо Карен стало печальным; на нем оставили следы тяжкие воспоминания об утрате ребенка, былая страстность исчезла.

– Ты находишь меня такой же красивой, как в те времена, когда мы поженились?

Джо задумался. Стоит ли говорить правду? Действительно, после смерти Барти их любовь лишилась вдохновения, они превратились больше в друзей, чем в любовников.

– Мне кажется, что ты стала еще привлекательнее, – ответил Джо, сжимая ее руку.

– Я стала бояться, что могу потерять тебя, Джо.

– Я люблю тебя, и мы никогда друг друга не потеряем.

– Знаю, что это глупо, но все равно думаю, что когда-нибудь ты влюбишься в какую-нибудь студенточку, похожую на меня прежнюю.

Джо вспыхнул:

– Дорогая, такого не случится. Я люблю тебя. Больше никто мне не нужен. Понимаешь, я не считаю, что мы стали меньше любить друг друга… хотя наша любовь и утратила прежнее безрассудство.

– Во всем виноват АРХИВ, Джо. Это он мешает нам заниматься сексом. Он постоянно подсматривает за нами, подслушивает. Ты даже не представляешь, как я ненавижу его.

Джо посмотрел в потолок, туда, где была замаскирована видеокамера.

– По-моему, это нечестно – винить во всем АРХИВ. Проблема возникла раньше, – возразил он.

– Мы приехали в Англию, чтобы начать новую жизнь, без Барти. И по возможности смириться с утратой. А ты с головой ушел в свой АРХИВ. Теперь он уже не просто компьютер, он стал твоим образом жизни.

– Дорогая, ты несправедлива.

– Если ты считаешь, что тебе мало секса со мной, пойди и переспи со своим чертовым компьютером.

– Пройдет несколько лет, и я так и поступлю, – усмехнулся Джо и тут же пожалел о своей шутке.

Карен отдернула руку и выключила лампу. Джо тяжело вздохнул. Он был пьян и слишком устал, чтобы возражать или спорить. Едва Джо закрыл глаза, как перед ним возник образ Джулиет Спринг. Проклятые эмоции, человек не в силах управлять ими… А если бы заложить их в компьютер, то и извлекать их можно было бы по желанию.

Джо принялся анализировать свои эмоции. Почему он не может думать ни о чем, кроме Джулиет Спринг? Для существования рода человеческого требуется воспроизводство. Следовательно, должна существовать непреодолимая сила, которая притягивает людей разного пола друг к другу, которая способна сломить любое сопротивление. Природа запрограммировала нас таким образом. И все люди подвластны этой силе. Как бы ни исхитрялась цивилизация, мы остаемся такими, какими нас создала природа, нами движут животные инстинкты. Значит, окружающий нас мир не станет лучше, пока не усовершенствуется сам человек. А он не станет лучше, если мы не избавимся от своей биологии. Значит, единственная надежда – постбиологический человек будущего. Джо погрузился в беспокойный сон. Ему снилась Джулиет Спринг и уходящие за горизонт корабли. И еще приснилось, будто вернулся отец, чтобы сказать наконец то, что он не успел сказать перед смертью. Отец предостерегал его относительно Джулиет Спринг. «Правильно АРХИВ назвал ее, – твердил отец. – Слушай, что говорит АРХИВ».

27

Сентябрь 1987 года. Лос-Анджелес

Флойд Пуэбло стремительно пересек пустую в этот час автостоянку и остановился на безлюдной улице. Он не знал, что лучше: то ли бежать дальше, то ли забраться в машину. Дождь еще сильнее забарабанил по крыше «плимута», зашлепал по тротуару, словно электрические разряды. Пуэбло оглянулся на распахнутую дверь. Сердце выскакивало из груди, глаза, казалось, вот-вот вылезут из орбит. Флойд напряженно прислушивался, но слышал лишь бульканье воды в канавах и в водосточных трубах. Да еще болтался и хлопал на ветру деревянный щит для объявлений. От распахнутой двери тянулась дорожка света. В ушах до сих пор звучало резкое постукивание, исходившее из дьюара, – настойчивое тук-тук-тук.

Кто-то оттаял и стучал. Господи! Тук-тук-тук.

А все говорили, что это невозможно, что этого не произойдет. Мол, наука пока еще не достигла такого уровня. Господи, как же они ошибались!

Флойд озирался по сторонам, всматриваясь в молчаливые темные контуры заводских построек и складов. В четверти мили отсюда находилась автомагистраль. А здесь он был единственным живым существом.

Или до сих пор был единственным.

Не отрывая взгляда от двери, охранник судорожно шарил в правом кармане в поисках ключа от машины. Черт! Он же в плаще, что висит в офисе. Темнота, казалось, надвигалась на него со всех сторон. Флойд подумал, что можно, не обращая внимания на непогоду, побежать к автостраде, остановить там кого-нибудь и все рассказать. Но что рассказывать? Про оживающий труп?