А внутри Академии нас ждало еще больше удивительных изобретений, скульптур, картин, изысканных украшений из драгоценных камней, достойных даже моей привередливой подружки-принцессы. Обеих моих подруг-принцесс.

— А Тея здесь была? Уверена, вы с трудом ее отсюда утащили.

— Самира устраивала для делегатов экскурсию, но, насколько я знаю, в те дни в Академии были экзамены, и делегаты сюда не попали. Кстати, скульптуры на улице как раз результат экзаменов.

— Невероятно, — восхищенно пробормотала я, разглядывая миниатюрную фигурку дракона, вырезанную из черного оникса. Совсем, как Гром Инара. — И никакой магии не надо.

— Иногда, мы сами не даем себе развиваться, постоянно пользуясь магией, и недооцениваем тех, кто изначально ею не обладает.

— А это правда, что ректор Академии — гном?

— Правда, — улыбнулся родитель или точнее мужичок с черной бородкой, в которого он преобразился. — Я познакомился с Зорэном во время войны. Ты знаешь, гномы редко покидают горы, но Зорэн был из тех представителей своего народа, что жаждали новых знаний, приключений и немного опасности. Он искренне верил, что мир не ограничивается горами, за что сородичи его нещадно высмеивали. В итоге ему пришлось уйти. Война изменила многих, но не Зорэна. Мой друг остался все тем же восторженным исследователем, всегда ищущим что-то. Возможно, он искал дом. Здесь он его обрел.

— Где он сейчас? Мне не терпится с ним познакомиться, — возбужденно проговорила я, но родитель мой радостный пыл остудил, заявив:

— В другой раз. В Академии до конца следующей недели каникулы. Он отправился в горы навестить друзей и семью. Но возможно вы увидитесь на празднике Провинций.

— Праздник Провинций? — удивленно переспросила я.

— Да, это своеобразное прощание со всем старым и рождение чего-то нового. Каждый год выбирается одна из двенадцати наших провинций, куда съезжаются гости со всех концов Арвитана, а губернатор провинции становится Хозяином праздника.

— Да, у нас есть подобный праздник, только осенью. Из шестнадцати высших Домов выбирается один, который и приглашает гостей. Правда, мой Дом… э… Дом Агеэра никогда не выбирали, наверное, потому что он слишком мрачный, как и его угрюмый хозяин.

Зря я завела разговор о Доме Агеэра. Родитель расстроился, а я пока не научилась прогонять это его состояние. Разве что… Повинуясь какому-то внутреннему порыву, я взяла его за руку, улыбнулась и задала очередной, крайне интересующий меня вопрос:

— Я заметила, что у вас много школ и академий, не логичнее было бы объединить их в одну?

— О, тогда мы не сможем устраивать ежегодные соревнования между школами.

— Серьезно? — скептически хмыкнула я. — Вы устраиваете соревнования между школами? Но что может противопоставить та же Академия ремесленников, магической Школе?

— Ты удивишься, — с загадочной улыбкой ответил король, — но Академия таит в себе много сюрпризов.

— Это каких же? — с едва скрываемым любопытством спросила я.

— Увидишь… летом.

Ох, какой же он упрямый. Нет-нет, да и ввернет что-нибудь эдакое.

— Ты не забыл, что у нас только месяц практики.

— Да, но тебе совершенно не обязательно возвращаться, — не сдавался король.

— Ты ведь знаешь, что это невозможно, — в свою очередь напомнила об очевидном я.

— Все возможно, если ты этого хочешь. Таковы преимущества статуса дочери Солнечного короля.

— А ты не сдаешься, — осознав, на что именно он намекает, покачала головой я. Вот только мой выбор уже сделан и задолго до того, как я сама его сделала. Родитель пока это не понимает, но мне тоже есть, что ему рассказать.

ГЛАВА 14 Родитель, и его тайны

Самира проспала всю ночь без единого сновидения, а открыв глаза, заметила рукоделие, оставленное леди Амелией. Видимо, та оставалась с ней до утра, что было приятно, хоть кто-то о ней беспокоился, но…

«Леди Амелия — не мама», — печально подумала Самира.

Впрочем, иного обращения она и не ожидала. Ведь любимая доченька королевы наконец вернулась, она здесь, совсем рядом, стоит только руку протянуть.

Кстати, о Клем. Самира дотянулась до прикроватной тумбы, выдвинула ящик и достала оттуда артефакт Халиэля, чтобы попросить о срочной встрече. То, что она выяснила, благодаря своему дару, было слишком важно и опасно. Халиэль непременно должен был узнать.

К ее удивлению, ответ пришел почти сразу же, словно полукровка тоже сидел с открытой книгой где-то там — в Школе и хотел ей написать.

Они договорились встретиться в той заброшенной библиотеке на третьем этаже, где она недавно впервые убила. Сожалела ли она? Нисколько. Ни единой секунды. Мейер давно отучил, испытывать жалось к насильникам. И все же оказаться там снова было неприятно, особенно, когда появился Халиэль в образе того подонка, воскрешая болезненные воспоминания. Она отвернулась, чтобы не видеть это лицо и вдруг услышала тихое позади:

— Прости. Не надо было назначать встречу здесь. Ты можешь повернуться.