Читаем Исчадия разума полностью

Я даже не заметил, как они исчезли. Не было ни мерцания, ни самой короткой вспышки. Просто их вдруг не стало – ни дьявола, ни Дон Кихота, ни Санчо Пансы, ни единорога. А Кэти осталась и бежала ко мне со всех ног, и я еще подумал: как же это она может так резво бежать, ведь у нее растяжение связок… Попытался встать ей навстречу, но сперва надо было выдернуть ногу из ограды, а я не мог. Нога застряла плотно, освободиться не удавалось.

Кэти опустилась подле меня на колени.

– Мы снова дома! – воскликнула она. – Хортон, мы дома!..

Она наклонилась и поцеловала меня, а толпа на противоположной стороне отозвалась на поцелуй громкими возгласами и гиканьем.

– Нога застряла, – пожаловался я.

– Ну так вытащи ее, – улыбнулась Кэти, не сдерживая счастливых слез.

Я попытался еще раз и опять не смог. Ногу, как только я тянул ее на себя, сводило болью. Кэти, поднявшись, подошла к ограде и попробовала помочь мне: тщетно, ничего не получалось.

– Кажется, щиколотка опухла, – сказала она, вновь села на тротуар и расхохоталась. – Два сапога пара, – смеялась она и плакала, – у обоих одно и то же. Сперва моя щиколотка, теперь твоя…

– Но твоя-то теперь в порядке…

– У них в замке живет волшебник. Чудесный старик с длинной белой бородой, в смешном колпаке и в плаще, усыпанном звездами. И вообще этот замок – такое славное место, лучшее из всех, какие я видела в жизни. Все так благородно и вежливо. Право, я могла бы остаться там навсегда, если б только ты был со мной. А единорог! Такой милый, такой ласковый… Ты же видел единорога?

– Видел, видел, – подтвердил я.

– Послушай, Хортон, а кто эти люди, бегущие к нам по лужайке?

Я так увлеченно смотрел на нее, так радовался тому, что она вернулась в наш мир, что лужайка у Белого дома просто выпала из поля моего зрения. Теперь я их увидел. Они бежали к ограде – впереди президент, а за ним все остальные, кто был на заседании.

Добежав и остановившись, президент смерил меня взглядом, который я не назвал бы особо доброжелательным.

– Хортон, – спросил он требовательно, – черт побери, что тут еще происходит?

– Вот, нога застряла, – ответил я.

– Черт с ней, с ногой! – объявил он. – То есть я вовсе не то хотел сказать… Клянусь, я видел здесь рыцаря и единорога…

Участники заседания скучились у самой ограды. И вдруг от ворот донесся выкрик охранника:

– Эй! Смотрите все! Машина! По улице едет машина!..

И точно, на улице появилась машина. На ходу.

– Но что будет с его ногой? – возмутилась Кэти. – Мы не можем вытащить ее, щиколотка опухла. Боюсь, похоже на вывих.

– Надо бы послать за доктором, – сказал госсекретарь. – Раз машины завелись, то, наверное, и телефоны заработали. Как ваше самочувствие, Хортон?

– Нормально, – откликнулся я.

– И пришлите сюда слесаря с ножовкой, – распорядился президент. – Во имя всего святого, пусть перепилят ограду, но освободят ему ногу…

Так я и остался недвижим, поджидая врача и слесаря, и Кэти рядом со мной. Не обращая внимания на толпу министров у ограды, а может, заинтересовавшись происходящим, несколько белок из обитающих подле Белого дома выбрались на тротуар. И сели рядком, изящно поджав передние лапки и выпрашивая подачку.

А по улице катились машины, и их становилось все больше и больше.