— Ваша зона обитания напоминает нашу субарктическую зону. Кроме того, мы находимся в гораздо более позднем послеледниковом периоде, чем вы, следующем за ледниковым, но еще не полностью из него вышли. В принципе, Земля и Гетен похожи, впрочем, как и все обитаемые миры. Человек может существовать только в достаточно узких границах условий, Гетен как раз и определяет одну из этих границ…

— Значит, есть миры еще более жаркие, чем ваш?

— Большинство из них теплее нашего, некоторые просто жаркие, почти горячие. Планета Где, например, представляет собой в основном каменисто-песчаную пустыню. Она изначально была достаточно горячей, а хищническая бездумная эксплуатация пятьдесят или шестьдесят тысяч лет тому назад нарушила естественное равновесие. Леса пошли на топливо. Люди там все еще живут, но эта жизнь похожа, если я правильно понимаю тексты культа йомеш, на то место и с теми условиями, куда после смерти отправляются воры.

Это замечание вызвало улыбку у Оубсли, спокойную, одобрительную улыбку, которая неожиданно заставила меня изменить отношение к этому человеку.

— Последователи некоторых религиозных сект утверждают, что те промежуточные миры, в которых люди оказываются после смерти, вполне материальны, фактически и физически находятся на других планетах реально существующего мира, реальной Вселенной. Знакомы ли вы с такой точкой зрения, господин Ай?

— Нет, не знаком. Меня описывали уже по-разному, но еще не было случая, чтобы кто-нибудь принял меня за духа. — В это мгновение взгляд мой скользнул вправо, и, говоря о привидении, я его увидел. Привидение было темное, в темном одеянии, неподвижное и незаметное. И сидело оно недалеко от меня, как вампир на пиру.

Внимание Оубсли отвлек его сосед с другой стороны, большинство присутствующих слушало Слоуса, сидящего во главе стола. Я тихо сказал:

— Не ожидал увидеть вас здесь, князь.

— Только неожиданное делает жизнь возможной, — ответил он.

— Мне поручено вам кое-что передать. Он вопросительно посмотрел на меня.

— Это деньги, некоторая часть — ваши собственные деньги. Передает их вам Форет рем ир Осбот. Они находятся в доме господина Шусгиса. Я постараюсь передать их вам.

— Вы очень добры, господин Ай.

Он был тихий, какой-то потускневший, как будто даже меньше ростом — изгнанник, который ищет для себя пристанища в чужой стране.

Он не проявлял особого желания продолжать беседу со мной, а я был этому рад. Однако на протяжении всего этого долгого, утомительного, насыщенного разговорами ужина, несмотря на то, что мое внимание было полностью поглощено могущественными и деловыми собеседниками, орготскими представителями сильных мира сего, которые хотели подружиться со мной или использовать меня в своих целях, я время от времени болезненно ощущал его присутствие, его молчание, его темное, едва видимое лицо. И хотя я тут же отбросил эту мысль, как необоснованную, пришло мне в голову, что не по собственной воле прибыл я в Мишнори, чтобы есть здесь жареную черную рыбу в обществе сотрапезников, и что не они заставили меня прибыть сюда. А что все это сделал он.

9. Эстравен-изменник

Давным-давно, еще до правления короля Аргавена I, который объединил Кархид в единое королевство, между доменами Сток и Эстре в кермской земле существовала родовая распря. Нападения и засады устраивались членами обоих родов на протяжении трех поколений, а распре не было конца, потому что спор шел о земле. Хорошей земли в Керме мало, каждый домен гордится протяженностью своих границ, а властители в Керме — люди гордые и вспыльчивые, и тени их черны.