Читаем Инженеры Кольца полностью

«Терем Харт рем ир Эстравен, владелец Эстре в Земле Кермской, настоящим указом лишается титулов и места в Собрании, ему предписывается оставить пределы королевства и всех земель Кархида в течение трех дней. Ежели он не оставит пределы Кархида в этот срок или когда-либо в жизни попытается сюда вернуться, он должен быть убит без суда любым человеком, которому он повстречается. Ни один житель Кархида не будет разговаривать с ним и не даст ему приюта под своей крышей либо на своей земле под угрозой тюремного заключения и штрафа. Пусть все жители Кархида знают и повторяют, что преступление, за которое Хартрем ир Эстравен изгоняется из пределов страны, есть измена, поскольку в частных беседах и публичных выступлениях в Собрании и во Дворце под видом лояльной службы Королю он провозглашал, что кархидский народ должен отказаться от своей суверенности и могущества ради того, чтобы в качестве второстепенного и подчиненного народа войти в состав так называемой Унии Народов, в отношении которой пусть все знают и повторяют, что такая Уния не существует, а является вымыслом определенных предателей и заговорщиков, стремящихся ослабить авторитет короля и государства Кархидского в интересах истинных врагов нашей страны. Одгуирни тува, восемь часов, Дворец в Эргенранге, Аргавен Хардж».

Указ был напечатан и расклеен на воротах и столбах для объявления, вышеприведенный текст является дословным переводом.

Первый импульс был очень прост. Я выключил радиоприемник, как будто хотел прервать поток отягощающих меня показаний, и поспешно направился к дверям. Там я, естественно, остановился. Вернулся к столу у камина. И не был уже я ни спокоен, ни решителен. Мне очень хотелось открыть свой чемоданчик, включить анзибл и оправить на Хайн отчаянную просьбу о помощи и совете. Но я подавил в себе и этот импульс, еще более бессмысленный, чем первый. К счастью, у меня не было времени для следующих идей. Двустворчатые двери в конце приемной отворились, и в них появился секретарь — боком, чтобы пропустить меня. Он доложил о моем приходе:

— Генри Ай (мое имя звучит Генли, но кархидцы не выговаривают «л») — и оставил меня в Красной Зале один на один с королем Аргавеном XV.

Какое же огромное, высокое и длинное помещение эта Красная Зала в Королевском Доме! Полкилометра — до каминов. Полкилометра вверх до перекрытого балками потолка, затянутого пыльными красными драпировками, а может быть, истлевшими от старости знаменами. Окна — просто щели в толстых стенах, ламп мало, они слишком тусклы и высоко подвешены. Мои новые сапоги стучат слишком громко, пока я совершаю свой не менее чем полугодовой, наверное, переход через весь зал к королю.

Аргавен стоял на небольшом возвышении перед самым большим из трех каминов, имеющихся в зале. В красноватом полумраке его приземистая фигура с заметным брюшком, очень прямая и темная, была лишена всяких деталей, за исключением сверкания великолепного алмаза в золотом перстне с печатью королевства на большом пальце.

Я остановился перед возвышением и, в соответствии с придворным этикетом, как меня инструктировали, молчал и ничего не делал.

— Подойдите, господин Ай. Прошу вас садиться.

Я послушно сел в кресло, стоящее справа от главного камина. Все это уже было мной отрепетировано. Аргавен не сел. Он стоял в нескольких шагах от меня. За спиной у него гудело яркое пламя. Наконец он сказал:

— Говорите мне то, что вы намеревались мне сказать, господин Ай. Вы, кажется, посол?

Лицо, которое обратилось ко мне, красное в отблесках огня, с глубокими тенями, было плоским и жестким, как здешняя Луна, тускло-ржавый спутник Зимы. Аргавен был менее величествен и менее импозантен, чем казался издали среди своей свиты. Голос у него был высокий, и свою упрямую безумную голову он держал так, что это подчеркивало его вызывающую и даже гротескную небрежность.

— Ваше Королевское Величество, то, что я должен был вам сказать, вылетело у меня из головы, как только минуту тому назад я узнал, что господин Эстравен попал в немилость.

Аргавен улыбнулся мне долгой улыбкой, глядя мне в глаза. Потом он засмеялся визгливо, как истеричная женщина, притворяющаяся веселой.

— Черт с ним, — сказал король. — Спесивый пройдоха и предатель. Вы были у него на ужине вчера вечером, не правда ли? И он, наверное, рассказывал вам, какой он всемогущий, как он вертит королем и как у вас все легко получится, раз он со мной о вас поговорит. Не так ли, господин Ай?

Я заколебался.

— Я расскажу вам, что он говорил мне о вас, если вам это интересно. Он советовал мне, чтобы я вам отказал в аудиенции, держал вас в неуверенности и неопределенности, может быть, советовал вам обратиться в Оргорейн или на Острова. И твердил мне это полмесяца с присущей ему наглостью. А я тем временем сослал его в Оргорейн, ха-ха-ха!