Читаем Инженеры Кольца полностью

Я послушался его совета, и он, конечно, знал, что делает. Последующие четыре дня мы шли при сильном морозе, а потом разразилась снежная буря, несущаяся прямо нам навстречу с востока. Она неслась навстречу нам с ураганной силой, и сразу же, после первых порывов ветра, воздух стал густым и вязким от снега, так что я не видел Эстравена на расстоянии двух метров. Я повернулся спиной к нему, к санкам, к ослепляющему и душащему снегу, чтобы вдохнуть воздух, а когда через мгновение повернулся обратно, его уже не было. Санок не было тоже. Не было ничего. Я сделал несколько шагов в том направлении, где минуту назад был Эстравен, и шарил вокруг руками. Я кричал и не слышал собственного голоса. Я оглох и остался один-одинешенек во вселенной, заполненной серыми, безжалостно секущими бичами, свитыми из снега и тьмы. Я отчаялся и побрел куда-то вслепую, ничего не видя перед собой и взывая горячечно на мыслеречи: «Терем!..»

Стоя на коленях тут же, у меня под рукой, он сказал:

— Иди сюда, помоги мне поставить палатку.

Я помогал ему, ни словом не обмолвившись о той минуте паники, так внезапно охватившей меня. Да и зачем?

Буря эта длилась два дня. Итак, пять дней, израсходованных без всякой пользы, и будет таких дней гораздо больше. Ниммер и аннер — месяцы сильных бурь.

— Начинаем отрезать все тоньше и тоньше, а? — сказал я как-то вечером, отмеряя порцию гичи-мичи и бросая ее в кипящую воду.

Он посмотрел на меня. На его широком лице с резко очерченными чертами были заметны признаки истощения. Глаза запали, под скулами залегли глубокие тени, губы обветрились, запеклись и потрескались. Одному Богу известно, как выглядел я сам, если даже он был в таком состоянии. Но он улыбался.

— Если нам повезет, то мы дойдем. А нет — так нет.

Он так говорил с самого начала. При всех моих эмоциях, при том ощущении, что мы предпринимаем последнюю, почти безнадежную, отчаянную попытку, мне не хватило реализма, чтобы поверить ему. Даже сейчас я думал про себя: «Не могут же такие нечеловеческие усилия пропасть даром…»

Но Льду не было никакого дела до наших усилий. Да и какое же было ему до них дело? Пропорция была сохранена.

— Ну, как там дела с твоим везением, Терем? — спросил я. Он даже не улыбнулся в ответ. И не ответил мне. Только через какое-то время он сказал:

— Я думал о всех тех, кто там, внизу. — «Внизу» — для нас это было там, на юге, в мире, находящемся ниже ледяной кровли, — там, где земля, люди, дороги и города, — все то, что с каждым днем становилось для нас все менее реальным. — Знаешь, я передал королю сообщение о тебе в тот день, когда выехал из Мишнори. Я передал ему то, о чем узнал от Шусгиса, — что ты будешь сослан на ферму Пулефен. У меня тогда еще не сложился четкий план действий, и я руководствовался импульсом. За все прошедшее время я успел проанализировать этот импульс подробно, во всех деталях. Может произойти что-то в таком роде: король увидит в этом шанс в своей игре в шифгреттор. Тайб, конечно, будет всячески его отговаривать, но к этому времени королю Тайб надоест уже хуже горькой редьки, и он его советы пропустит мимо ушей. Он начнет расспрашивать, задавать вопросы. Например, задаст такой вопрос: «Где находится посланец, гость Кархида?» Мишнори будет молчать и лгать. Он умер осенью от лихорадки хорм, выражаем свое соболезнование. В таком случае, почему наше посольство информирует нас, что посланец находится на ферме Пулефен? Его там нет, можете проверить. Нет, ну что вы, мы верим вам на слово… слову Содружества Оргорейна… А тем временем, через несколько недель после обмена этими дипломатическими нотами, посланец появляется в северном Кархиде, сбежав с фермы Пулефен. Замешательство в Мишнори, возмущение в Эргенранге. Содружество Оргорейна теряет лицо, пойманное на лжи. Ты становишься сокровищем, Генри, потерянным братом из очага короля Аргавена. На какое-то время, разумеется. И ты должен немедленно, при первом же удобном случае, вызвать свой корабль. Направь своих людей в Кархид и заверши устройство всех своих дел там как можно скорее, пока Аргавен не успеет разглядеть в тебе потенциального врага, прежде чем Тайб или какой-нибудь другой член совета напугает его еще раз, пользуясь его безумием. Если он заключит с тобой договор, он его выполнит, потому что, нарушая договор, он подрывает собственный шифгреттор. Короли из династии Хардж выполняют взятые на себя обязательства и данные обещания. Но тебе надо действовать быстро и как можно скорее посадить здесь свой корабль.

— Я сделаю так, как только получу хоть самое туманное и неопределенное приглашение.

— Нет. Извини, что я даю тебе советы, но тебе нельзя ожидать приглашения. Я полагаю, что ты будешь принят доброжелательно. И твой корабль — тоже. Кархид за последние полгода пережил сильное унижение. Ты даешь Аргавену шанс отыграться. Я думаю, что он этим шансом воспользуется.

— Очень хорошо, но ты тем временем…

— Я — Эстравен-изменник. И не имею с тобой ничего общего.

— Первоначально.

— Ну первоначально, — согласился он.