Мысли тянулись, как расплавленный свинец, но Филипп гнал их прочь. Сейчас было тепло, мягко, тихо и относительно безопасно. В желудке переваривалась сытная пища, жилы грел коньяк, приемник шипел помехами белого шума. Сегодня парень мог позволить себе эту роскошь — не думать. Просто существовать. Просто спать в этом чужом, огромном, шикарном гнезде на краю пропасти, наслаждаясь последними лучами тепла перед неминуемым холодом грядущего. Завтра будет завтра. А пока — тиканье часов, шелест крахмального пододеяльника, шипение радиоприемника и глубокая, выстраданная благодать моментального забытья. Это было его. Только его. До тех пор, пока не кончится тепло коньяка.

<p>Глава 8</p>

СТАТУС ПОДТВЕРЖДЕН — «Путецъ» четвертого ранга Садко. ДОСТУП К ОБЩЕДОСТУПНОЙ ИНФОРМАЦИИ ПРЕДОСТАВЛЕН.

***.

— Привет, народ, с вами я — Николь, — девушка устало улыбнулась в объектив. Камера слегка дрогнула, когда она оперлась об оцинкованный воздуховод. — Веду свой репортаж отсюда, с этой самой крыши ангара… какого? Ну, судя по остаткам вывесок, информационных стендов и огромным станкам внутри, здесь занимались изготовлением каких-то очень сложных штук для других сложных штук. Мне кажется делали какие-то станки или двигатели для кораблей или чего-то космического, — мулатка виновато пожала плечами, оглядываясь на панораму, открывавшуюся с высоты. — Я пока не особо разбираюсь во всей этой богадельне, а вам, полагаю, хватит и такого объяснения. Главное — это теперь «наш» кусок богадельни.

Свободной рукой Ника попыталась пригладить пышную, вечно непокорную шевелюру, сбитую ветром, густо пахнущим гарью, машинным маслом и речной сыростью:

— У нас сейчас происходит исторический момент, вся наша Цитадель переехала на новое место, а точнее, отвоевала и зачистила этот клочок завода построенного у самой реки. Видите? — она чуть развернула камеру, показывая захваченную территорию. — Два огромных ангара, расположенных близко к друг другу, ребята, если честно, то вид у них конечно же внушительный, но увы камера не может передать всей их монументальности. А вот между ними, — тонкий палец девушки появился в кадре и плавно опустился вниз, — здесь асфальтированная площадка, которую сейчас наши люди очищают от мусора и трупов зомби. А вон там, за высоким забором с колючкой, — она указала на мрачные силуэты отдаленных высоток, — там находится центр города и как вы можете сейчас понять, мы находимся на достаточном расстоянии от них и при этом на с одной стороны защищает река, что в будущем будет облегчать нашу оборону. Мы только-только отбили все волны зараженных и теперь быстро завершаем установку баррикад.

Я подумала о том, что было бы здорово запечатлеть этот момент и так как самый главный блогер в данный момент отсутствует, то я решила снова записать в форме репортажа наши первые шаги на новом месте, — девушка отошла в сторону, к самому краю крыши, дабы показать, что происходит вокруг. В кадр попала бурлящая внизу деятельность. — Отсюда, с высоты передвижения всех этих людей могут показаться хаотичными, но все они действуют согласно плану!

Картинка приблизилась к земле. У подножия ангара, на котором стояла Николь, люди в разношерстной, но узнаваемой по нашивкам одежде с эмблемой Цитадели (антенна испускающая радиоволны в форме шестерней) возводили баррикады из всего, что выгружалось из поезда: сваренных между собой листов ворот от гаражей, крыш и капотов машин. Работа шла слаженно, под негромкие, но уверенные команды бригадиров. В кадре были видны следы недавнего боя: черные подпалины на бетоне и металле от коктейля Молотова, дыры от пуль, отрубленные конечности зомби, рваная одежда и темные пятна крови, которые некому было замыть. Струйки дыма все еще поднимались кое-где из-под тлеющих паллетов возле угла ангара и одежды зараженных, навсегда застывших в скрючившихся «башнях» из тел.

— Вот тут у нас находятся основные баррикады от зараженных, во-о-н, — она еще сильнее приблизила изображение, фокусируясь на группе людей с нашивками «III РУБЕЖ» на плечах. — Там вы сейчас можете увидеть ребят из третьего рубежа, которые трудятся над надежностью, укрепляют стены, ставят колья и натягивают колючую проволоку в несколько рядов, чтобы вся эта история не грохнулась при первом же серьезном напоре тварей, которые пока отступили. Ребята трудятся как муравьи, — в ее голосе прозвучало уважение. Она перевела объектив дальше, за линию забора, на полыхающее ярким оранжевым пламенем пятно огня, которое бросало длинные, дрожащие блики на темную, зеркальную поверхность реки. — А там, за периметром, пару часов назад было гнездо бешеных. Они обосновались возле небольших зарослей ивы, что сыграло с ними злую шутку, так как дерево послужило отличным топливом.