Доррин кладет молот на глиняный пол, и вновь содрогнувшись от накатившей волны боли и белизны, медленно выходит из кузницы под снегопад.

— Доррин, тьма, нам же нужно закончить это крепление!

Не слыша слов Яррла, юноша смотрит на тяжелые серые тучи, оседлавшие Закатные Отроги, и гадает, что это может быть. Не иначе как Лидрал попала в беду! Очередная волна белого ужаса и боли захлестывает его, заставляя ухватиться за оледенелый край колодца.

Может быть, Рейса была права, и ему не следовало отпускать Лидрал? Но что могло с ней случиться?

— ...Весь задрожал, уронил молот и вышел... Глянь-ка на него, дочка...

Он плещет холодной водой — чем холоднее, тем лучше — на покрытое потом лицо, а потом еще и отпивает из бадьи.

— ...Уж не умом ли тронулся? Ледяная вода, в зимнюю-то стужу...

Что-то тянет его за ногу. Опустив глаза, Доррин видит Зилду. Цепочку козочки держит в руках Петра.

Со ступеней крыльца на него смотрят Рейса и Яррл. Кузнец сплевывает.

— Что случилось? — спрашивает Рейса беспокойно.

— Что-то с Лидрал. Сейчас прекратилось... но ей было очень больно.

— Ты знаешь, где она?

Доррин качает головой.

— Чародейские проделки... ничего хорошего ждать не приходится, — ворчит Яррл.

— Ты можешь что-нибудь предпринять? — не унимается Рейса.

— Нет... пока, — Доррин переводит дух. — Надо закончить большие бруски, пока у меня есть возможность.

— А она есть? — уточняет кузнец.

— Когда не будет, я дам тебе знать, — говорит Доррин, утирая лицо и направляясь назад, к кузнице.

Рейса переглядывается с Яррлом, и тот идет следом за юношей.

C

В вечернем сумраке, возвращаясь домой под валом валящим снегом, Доррин не перестает гадать о том, что же случилось с Лидрал. Где она и почему ему передалась ее боль?

Это определенно связано с Белыми магами, хотя их действия кажутся бессмысленными. Доррин не построил пока ни одной машины, даже простого парового двигателя, он неспособен делать оружие и не имеет возможности вернуться на Отшельничий. Его можно назвать неплохим подмастерьем кузнеца и, возможно, неплохим целителем, а Лидрал — просто странствующая торговка. Что может понадобиться чародеям от столь неприметных людей? Брид с Кадарой доставили им куда больше хлопот. В конце концов, если Спидлар окажется под пятой Белых, он, скорее всего, угодит на каторгу — но это никак не объясняет повышенного внимания, проявляемого к нему сейчас.

Проезжая мимо домика Риллы, юноша видит дым над трубой кухонной печи — Мерга занята стряпней. Ну что ж, хочется верить, что она готовит лучше, чем он сам.

Едва спешившись у конюшни, он слышит легкие шаги, а потом детский голосок:

— Можно мне покормить лошадку?

Вручив ведро девчушке, одетой в слишком большую для нее пастушью куртку, Доррин открывает бочонок и говорит:

— Насыпь в ведерко три полные пригоршни.

Пока Фриза копошится над бочонком, Доррин расседлывает кобылу и кладет седло на полку.

Он снова кривится от приступа отдаленной боли. Ему кажется, что источник ее стал ближе, но может ли это быть? И главное, как ему найти Лидрал. Как?

Девочка, семеня маленькими ножками, припускает к крыльцу и опережает его, проскакивая в дверь, когда он еще отряхивает на крыльце сапоги.

— Добрый вечер, мастер Доррин, — говорит Мерга, приветствуя его наклоном головы. — Учитывая погоду и то, как некоторые из вас, — тут она указывает половником на Ваоса, — растут, я приготовила тушеное мясо.

Доррин улавливает аппетитный запах. Ваос, глядя на него, ухмыляется с довольным видом. В кухне темновато — она освещается лишь одной лампой — но у Доррина их на весь дом всего две. Конечно, это хозяйственное упущение, но ведь и лампадного масла у него всего один кувшин. Не только строительство, но и содержание дома требует немалых расходов. Этак и Финталовы золотые скоро закончатся.

— Мы с Фризой поставили у пруда силки и словили двух прекрасных кроликов, — говорит между тем кухарка. — А в твоем подвале нашли уйму картошки и даже коренья.

— Вы поймали кроликов?

— Да, мастер Доррин. Я и раньше ловила, а прежний хозяин не имел ничего против. Говорил, что они только поедают урожай.

Доррин, устраиваясь на стуле, прячет улыбку.

— Но вообще-то в кладовой нужно постоянно иметь запас, — говорит Мерга. — Бочонок муки, побольше картофеля, бататов...

— Возможно, все это и нужно, Мерга, но могу ли я позволить себе такие траты?

— Бочонок муки даже в наше время можно купить за серебреник, а потом, вернув пустой, получить назад два медяка. А картофелем, ежели сходить к Асаваху, можно разжиться и совсем дешево.

— Давай потолкуем о хозяйстве завтра, — со вздохом произносит Доррин. — Нынче я устал и проголодался.

— А еще я раздобыла у Риллы яичного порошка, — сообщает кухарка. — Думаю, его хватит до возвращения твоей подруги.

На деревянную подставку в центре стола Мерга водружает большую кастрюлю.

— Не угодно ли раздать, мастер Доррин? — обращается она к нему, поскольку право раздавать еду принадлежит хозяину или хозяйке дома. Он наполняет тарелку Фризы, затем Ваоса, затем Мерги и лишь потом свою.

— А Меривен любит тушеное мясо? — спрашивает Фриза.