Читаем Иные мертвецы полностью

Священник поспешил прочь, вероятно, торопясь на следующие похороны, чтобы предложить пустое утешение тем, кто готов платить ему за это. Как только он оказался вне пределов слышимости, я сказала: — Это было мило. И тут же захотела дать себе за это пощечину. Глупо такое говорить.

— Да, — ответил Лео. Он повернулся, ища мое лицо, которого не мог видеть, и вместо этого сосредоточил свое внимание на Вайяте. Вероятно, ему легче вести беседу с невидимым человеком, смотря на того, кого он мог видеть. — Значит, теперь все кончено.

— Что вы имеете в виду? — спросила я.

Лео снял очки в проволочной оправе и протер линзы уголком салфетки. Его глаза покраснели от слез. Он долго протирал очки, словно старался подобрать нужные слова, а затем вернул очки на переносицу. — Этими словами все сказано, Эви, — добавил он. — Я похоронил последнего члена моей семьи. У меня нет дома. Для меня это конец.

Я положила руку ему на плечо. Он подпрыгнул от неожиданности, но не отстранился. Казалось, он легко воспринял то, что я невидимка и стою рядом с ним. Вчера мы разговаривали несколько часов. Ну, то есть я говорила несколько часов, рассказывая ему подробности моей прежней жизни в качестве охотника за Падшими, о моей смерти и случайном воскрешении в теле женщины, которая умела телепортироваться. Поведала о смелом желании Алекса помочь мне, которое привело его к смерти, о моей второй «смерти» во время пожара на фабрике в прошлую субботу. И Лео выслушал все с удивительным спокойствием.

— Выжившие должны жить ради погибших и наших близких, — уверяла я. В эти слова я стала верить все больше и больше после смерти моих бывших напарников по Триаде, Джесси и Эша, две недели назад.

Но сейчас мои слова не возымели на меня никакого эффекта. Я подумала о том, чтобы достать кристалл из кармана джинсов, произнести фразу и отменить магию раньше, чем истечет ее шестичасовой срок. Лео мог бы посмотреть мне в глаза, и я заставила бы его понять, почему он должен продолжать жить.

Но тренировки охотника победили эмоции. Все в мире, кроме пяти человек, думали, что я мертва — сгорела в пожаре на фабрике — и не могла рисковать и выставлять себя напоказ. Теперь у меня было больше врагов, чем союзников, а это означало, что я должна иметь любые преимущества. То, что все считали меня мертвой, уже однажды сработало в мою пользу.

Кроме того, я не могла бы понять Лео. Я знала многое из его жизни, он никогда не сможет попросить прощения у Алекса за прошлые грехи, и это съедало его изнутри. Сын умер, обвиняя отца. Нет, я не смогла бы понять его, но, возможно, Вайят может.

В конце концов, Вайят стал невольной пешкой в игре, в которой погибли мои напарники, погибла я сама, а затем вернулась в мир живых только для продолжения заговора, целью которого было выпустить древнего демона в мир людей. В прошлом Вайят пытался спасти одного из своих охотников и тем самым разрушил его жизнь. И этот охотник вернулся, пытаясь отомстить, в результате чего погибло шестьдесят четыре человека. У него было столько непрощенных грехов.

— Мне пятьдесят шесть лет, — произнес Лео. — Я не вижу смысла в моей жизни.

— Вы можете остаться в городе и помочь нам. — Я проигнорировала кашель Вайята где-то за моей спиной. — Мне нужны любые союзники.

Лео нахмурился и покачал головой, морщинки вокруг рта стали глубже. — Нет, не думаю, что смогу это сделать. Я принял то, что вы оба рассказали мне о том, что происходит в этом городе, но не хочу принимать в этом участие.

Думаю, он еще не пришел в себя после того, как стрелял в ягуара, превратившегося в голого человека. У меня в мыслях пронеслись образы того, как он лежит пьяный в канаве, мертвый от отравления алкоголем, обглоданный бродячими животными. Я хотела сделать для него больше, чем смогла для его сына.

— Ваш мотель оплачен еще на пару дней, — сказал Вайят.

Лео кивнул. — Я ценю это, но…

— Кто-то идет, — предупредил Вайят, оглянувшись через плечо. Со стороны узкой дороги кладбища к нам направлялся мужчина. Он был худощавым, среднего роста, с узким носом и растрепанными вьющимися волосами, в которых мелькало больше седых прядей, чем каштановых. Пожилой, на вид ему было за сорок, он шел усталой походкой человека, который слишком много повидал. Вероятно, полицейский.

— Я справа от тебя, Лео, — прошептала и старалась держаться близко, но в стороне, если он вдруг повернется. Не хотела, чтобы Лео толкнул меня локтем, повалив на траву.

Незнакомец подошел к нам и приятно улыбнулся, засунув обе руки в карманы брюк цвета хаки. На нем была синяя рубашка и пиджак, рукава которого закатаны. Вайят напрягся и занял оборонительную позицию между незнакомцем и Лео, опустив руки по бокам.

— Мистер Лео Форрестер? — спросил мужчина, глядя мимо Вайята. Голос у него приятный, невзрачный и вежливый.

— Да, — произнес Лео. — А что?

Мягкое выражение лица незнакомца еще больше смягчилось, как будто хотел сгладить грубость Лео. Только это не выглядело игрой. — Я искренне сожалею о вашей утрате, мистер Форрестер.