Читаем Интимные услуги полностью

– Как она хороша, – щебетала тем временем Софья Викентьевна, накладывая в тарелку горку «Зимнего» салата. – И правильно, что она изменила цвет волос. – На экране телевизора энергично извивалась около микрофона певица. Тоже рыжая! – Мои волосы Андрюша, знаете ли, раньше были прямо-таки пламенными. Множество непослушных завитков, грива, водопад. Мужчины сходили с ума. А когда я еще надевала ярко-красный костюм! О, этот ярко-красный костюм! Отбоя от поклонников не было. Мужчины чутко реагируют на красный цвет – это как призыв, как флаг, зовущий на баррикады сексуальных боев. Обожаю этот цвет до сих пор, не подумайте, что я революционерка…

Андрей поднялся. Ему в голову пришла какая-то мысль.

– Извините, нужно срочно позвонить.

Он взял телефонный аппарат и отправился с ним в другую комнату.

– Здравствуйте, Элеонора Максимовна. Извините за поздний звонок. Это Андрей Пряжников… Да, из розыска… Да, вас также… Счастья, здоровья. Нет, по этому делу пока ничего нового, я только хотел спросить: в прошлом году, в декабре, в вашем магазине была другая униформа? У ваших продавщиц? Или те же самые синие пиджаки с золотом, которые я видел? Да? Черные мини-юбки, так, и яркокрасные жакеты. До самого Нового года. Ясно. Спасибо. Еще раз извините за беспокойство. Вы мне помогли.

Но не успел Андрей положить трубку на рычаг, как телефон требовательно заголосил.

– Эндрю, это я, Тимофеев. Давай быстро подъезжай к ресторану «Анна». Этот тип снова появился. Задушена женщина.

– Валера, стой! Она рыжая?

– Нет, блондинка. А что, ты интересуешься только рыжеволосыми трупами? Эстет…

– А какое на ней платье?

– Приезжай, черт возьми, увидишь. Шикарное. Длинное, открытое. По вырезу – мелкие искусственные камешки. И такое красное, что в глазах рябит.

– Выезжаю.

Через несколько минут Андрей подъехал к ресторану «Анна». Валера Тимофеев подбежал к машине и рванул на себя дверцу.

– Привет! Выпрыгивай. Сообщаю последние известия. Сегодня здесь толпа народу праздновала старый Новый год. Около двух часов ночи посетители начали расползаться. Осталась компания из пяти человек, основательно поддатых, которые никак не могли найти свою подружку. Шуба дамы висела в гардеробе, выдвигалось предположение, что мадам слиняла с каким-нибудь джентльменом почти голышом – то есть в одном платье. Уборщица направилась в туалет, чтобы вернуть кафелю первозданный блеск, и тут начинается самое интересное. Уборщица открывает стенной шкаф, в котором хранит свои принадлежности и который находится в зеркальном предбаннике мужского и женского туалетов – сейчас увидишь, – а оттуда вываливается тело пропавшей женщины.

– Надеюсь, это не стало причиной появления второго трупа?

– Нет, мы столкнулись с фактом удивительного хладнокровия. Труп был водворен обратно в шкаф, дверцы плотно закрыты, компания оповещена, что их подруга наконец-то нашлась, и вызвана милиция. А потом примчались и мы.

– Мне не терпится увидеть эту хладнокровную старушку уборщицу.

– Почему старушку? – удивился Валерий. – У него усы.

– У него?

– У него. И проникновенный взгляд серых глаз, и могучие плечи. Зовут Федя, Федор Богданович, подрабатывает в свободное от учебы время. Студент медицинского. К свежим трупам относится так же философски, как мать-героиня к пятнадцатой беременности.

У крыльца ресторана стояла величественная и разгневанная дама в золотистых соболях. В радиусе пяти метров от ее фигуры снег растаял, и мокрый асфальт дымился.

– О, Зевс, посылающий молнии, – тихо вздохнул Валера. – Она меня уже достала.

Владелица ресторана Анна Витальевна была сердита, и подойти к ней поближе было так же чревато, как к извергающей пулеметный огонь амбразуре.

– Который раз мы с вами встречаемся, Андрей, и каждый раз встреча означает какую-нибудь невыносимо гадкую новость. Какого черта, простите, в моем ресторане понадобилось душить девицу! Через дорогу есть «Погребок» и «Тройка», там и туалеты попросторнее, почему обязательно у меня? Куда вы, органы, вообще смотрите?!

– Куда я, орган, смотрю? – усмехнулся Андрей. – Анна Витальевна, впредь правоохранительные органы будут стараться, чтобы девиц душили только в «Тройке» и «Погребке».

– Я не то хотела сказать, – презрительно сморщилась Анна Витальевна. – Теперь я останусь без клиентуры.

– А вы прибейте к шкафчику табличку: «Отсюда выпал труп», на столик поставьте указатель: «Здесь сидела жертва». Пару черепов на стены – и народ повалит валом. Многие любят пощекотать себе нервы, – подсказал Андрей.

Тело уже извлекли из шкафа.

– Людмила Трушкина, 27 лет, частный предприниматель, – прокомментировал Валера.

– Отпечатки со шкафа, у Феди и еще вот с этих браслетов, – сказал Андрей, кивая в сторону мертвой женщины, на правой руке которой, выше локтя, блестел широкий браслет в виде металлического цилиндра.

– Вот швейцар. – Валера подтащил к Андрею высокого и крепкого старика. Тот клевал носом от усталости и желания спать.