Но стать настоящим государем России в тех условиях он и не мог, так как не знал, чем ему купить дружбу вооруженных рабочих и крестьян, заполнивших столицу. В мирное время народ еще можно кормить обещаниями, и то – недолгое время. Но если ты хочешь повести за собой солдат, которые кормятся грабежами и трофеями, тебе необходимо проявлять щедрость. Однако щедрым ты можешь быть либо за свой счет, либо за чужой. Раздавать свое неблагоразумно и опасно, но чужое имущество можешь раздаривать щедрой рукой, как то делали в свое время Александр, Ганнибал, Цезарь и другие диктаторы, ибо, расточая чужое, ты прибавляешь себе славы и любви, не впадая при этом в бедность. Керенский же, которого даже генерал Алексеев называл «главным болтуном России», а солдаты прозвали «главноуговаривающим», даже и не пытался купить дружбу вооруженного народа. Как и Николай, он мог предложить солдатам грабеж лишь германских богатств, но для этого на фронте нужны были победы, а их не было. Наоборот, немцы все крепче били расстроенную им же самим армию и грабили русских, отчего солдаты отказывались идти на фронт и толпами дезертировали. Войска не видели, за что они воюют, но видели, как паразитическая знать развлекается в кабаках, операх и ресторанах, а биржевики грабят казну и дерут с народа три шкуры.

Еще в апреле, едва явившийся в Петроград Ленин прямо на вокзале объявил народу свой план – немедленный мир с немцами и переключение на грабеж знати и богатеев внутри страны. Всем показалось, что он сошел с ума. Даже ближайшие товарищи отказывались его понимать (Богданов назвал его «Апрельские тезисы» бредом – «бредом сумасшедшего»). На самом же деле план Ленина был хорош (если позволительно дурное называть хорошим), так как он ясно указывал народу, какая награда ждет тех, кто пойдет за ним. Солдатам он обещал немедленный мир с немцами («без аннексий и контрибуций»), крестьянам – землю, рабочим – фабрики и заводы, голодным – хлеб, и всем вместе – «власть трудящихся» и полную конфискацию всех богатств, накопленных прежними хозяевами России.

Вообще, людей от бесчинств удерживают две вещи – страх расплаты и чувство греха. Но и то, и другое было уже сильно подорвано в покинутой властью России (поместья в провинции уже грабили и жгли вовсю). С помощью газет, митингов, листовок и брошюр, издаваемых в том числе и на иностранные деньги, Ленин решительно раздувал эту смуту, с одной стороны, – распаляя природную ненависть народа к богатым; с другой, – доказывая народу справедливость «грабежа награбленного»; а, с третьей – высмеивая и сами идеи Бога, религии, греха и т. д. Наконец, он расписывал на все лады и грядущий новый порядок – «коммунизм», который он собирался ввести в стране, «прогнав» из нее всех «помещиков и капиталистов». Верил в тот коммунизм сам Ленин или – нет, но не обещать чего-либо подобного он не мог, ибо ему нужно было повести за собой народ. Люди же в большинстве своем так простодушны и так поглощены своими нуждами, что если их не обманешь ты, их обольстит кто-нибудь другой. Если бы Ельцин, например, в 1991 году не пообещал россиянам за свой ваучер «по две Волги», то это сделал бы за него кто-нибудь другой, и народ пошел бы за ним, а не за Ельциным и Чубайсом.

Так же было и с Лениным.

Фантастически быстрая победа над Корниловым вскружила народным толпам головы. Солдаты столичного гарнизона и матросы Балтийского флота целыми частями переходили на сторону Совета и большевиков и отказывались подчиняться приказам правительства. Керенский лишался последней своей опоры. И Ленин, почуяв наконец, что народ созрел и готов следовать за ним, 24 октября дал команду своим отрядам занять ключевые позиции в городе и прогнать министров Керенского из дворца (сам «Александр IV» уже выехал накануне из столицы на автомобиле американского посольства). Собравшемуся на тот момент очередному Съезду советов, к открытию которого Ленин удачно приурочил свой переворот, оставалось только признать свершившийся факт и освятить его голосами своих выборных. Съезд признал Ленина главой нового правительства (Совета Народных Комиссаров).

Керенскому же, так и не нашедшему в стране никакой серьезной опоры, оставалось только бежать из России, что он вскоре и сделал.

Почему Ленин удержал власть, имея против себя столько могущественных противников?