Читаем Институт полностью

Андронов, конечно сильно недоволен, но человек он опытный: на оторопевшего Игоря посмотрел, на Директора, понял, что сговора и специальной подставки не было, и рассудил, по-видимому, что раз уж при непоявляющемся начальнике главным стать не удалось, то почти то же самое будет, если стать главным при начальнике, во-первых, неопытном, а во-вторых, при таком, которого в официальных кругах пока не знают, а, значит, и принимать всерьез не будут, даже понимая, кто у него за спиной стоит, так что все равно основная роль за ним остается, и в верхах именно он и будет ассоциироваться со всеми грядущими успехами, а, паче чаяния, неудачи начнутся, так на глупость молодого выдвиженца их куда легче списать, чем на занятость руководителя с именем, так что нет худа без добра. Примерно так поразмышляв, он заулыбался и пробился к Игорю через выходившую из зала толпу, чтобы сказать, как здорово они вместе поработают.

IV

И действительно, сразу люди из присутствующих стали подходить, спрашивать, в какой форме предложения подавать и на что рассчитывать можно. В общем, дело закрутилось. Андронов сам по себе человек энергичный, у Игоря зуд неофита, так что только и делают, что запросы рассылают, да ответы компонуют. Это помимо основных дел, конечно. А основные дела, само собой, идут - опыты, семинары, конференции, и вот через пару месяцев как раз на одной из них по по совсем другой проблеме, но которой они тоже немножко у себя в лаборатории занимались, подходит вдруг к Игорю в кулуарах тот самый членкор Бунимович, с которым они когда-то вместе на конференцию ездили, и так по-свойски говорит:

- Я слыхал, вы там программу какую-то по нашим общим делам с Андроновым готовите (а какие у Игоря с ним общие дела? Разве что та самая поездка!). Так уж раз вы нас об этом никак не информируете, то хотя бы место достойное отведите. Мы, все-таки, тоже кое-что делаем (эти слова он таким тоном говорит, что сразу ясно, что именно они-то все дела и делают, а Игорь с другими так, ерундой занимаются). Кто-нибудь из моих ребят к вам подъедет.

- Хорошо, - думает Игорь, - что хоть не к себе вызывает. Конечно, - отвечает, - какая же программа по этим делам без вашего участия. Мы еще с вами посоветоваться планируем, когда вы сможете и предварительные материалы более-менее готовы будут (ну не убьет же Андронов за это, попробовал бы сам устоять при такой лобовой атаке).

- Я так понимаю, - продолжает Бунимович, словно Игоря и не слышал, - Директор ваш в это дело влезать не будет, так что именно вам придется все собирать - конечно, честь для молодого ученого, но дело это тонкое: столько людей участвует, не все друг с другом легко состыковываются, да и Совет наш, в Академии, раз уж вы решили через него программу проводить, придирчиво к таким вещам относится, все это надо иметь в виду. Ну, ладно, еще поговорим на эту тему. Да, кстати, как там ваша докторская? Из ВАКа еще ничего нет? Не утвердили?

- Жду, - отвечает Игорь, - за советы спасибо. До свидания.

Отходит в сторону, садится в кресло за колонной подальше от глаз, чтобы не отвлекали, и начинает соображать, что же, собственно, было ему сказано? Постепенно приходит он к выводу, что это вовсе не бином Ньютона, и если перевести на язык попроще, то вот что получается: первое - “Вы думаете, что если затеяли без меня возню вместе с Андроновым, то все пройдет гладко? И не надейтесь!”, второе - “С вашим Директором ничего не поделаешь - он в Академии по другой линии, да и подпор у него могучий, но он в эти дела не полезет, так что ни на какую поддержку не рассчитывайте, самому придется вертеться, а вам с нами отношений портить никак нельзя - вам еще расти хочется!”, третье - “Если окажется, что наша роль в этой программе меньше той, на которую мы претендуем, то можете быть уверены, что большой Совет ваш проект завернет”, четвертое - “Подумайте на досуге обо все этом и сообщите мне или моим людям ваши соображения”. Так, примерно. Может, конечно, он где и подсгустил малость, но смысл именно такой.

- Ничего себе, - думает Игорь, - влип. Куда ни кинь - всюду клин. Дернула меня нелегкая с бумагами связаться. Там у людей свои дела, а на новенького всегда больше достается. К тому же докторскую мою зачем-то помянул. Может, просто к слову, а может и шантаж небольшой - помни, мол, парень, ты еще даже докторского диплома не получил, а Бунимович, между прочим, член Экспертного Совета ВАКа. А отмотаться от дела уже поздно. Влип как следует.

Звонит Игорь Андронову, хорошо тот устроился - шишки и те на Игоря мимо него падают, хотя это уж Игорь со зла, он-то тут не причем, у него свои интересы, и говорит ему, что, вот, имел беседу с Бунимовичем, который очень мило попросил его роль в программе сделать достойной его высоких званий и положения, а также проводимых им работ.

- Каких работ?, - вопит Андронов, - Да из его лаборатории по этой теме всего двое тезисов за три года! Это работы? Они же совсем другими делами занимаются! Это у него случайный интерес! А он уже всем командовать хочет! Как это так!