Читаем Иной 1941 полностью

Среди германских генералов были разные мнения относительно военной целесообразности такого шага. Пауль Карелл приводит в своей книге мнение начальника штаба 4-й танковой группы: «Генерал Шаль де Больё считает — и автор настоящей работы с ним согласен, — что генерал-фельдмаршал Риттер фон Лееб заботился о том, чтобы дать пехотным дивизиям своего близкого друга, командующего 18-й армией, возможность заметного участия во взятии Ленинграда. По-человечески такой шаг понятен, однако он имел самые плачевные последствия»[349].

Однако, несмотря на всю красивость этой версии, причины остановки 4-й танковой группы представляются более прозаическими. Ее фланг был растянут и потребовал для своего прикрытия крупных сил подвижных соединений. Возобновление наступления стало возможно только после того, как 18-я армия оттеснила советскую 8-ю армию дальше на восток. Именно тогда состоялся давно ожидавшийся советским командованием удар в направлении Финского залива. Он уже наносился пехотой, и под угрозой окружения 8-я армия отошла на восток.

Лужская подкова. Линия фронта на подступах к городу Луге по своей форме напоминала подкову — советские войска занимали дугообразный выступ с Лугой в центре. Группа «Луга» была сковывающим центром немецкого наступления. Здесь LVI моторизованный корпус (269-я пехотная дивизия, дивизия СС «Полицай» и 3-я моторизованная дивизия) наносил сковывающий удар, имитирующий удар по кратчайшему расстоянию на Ленинград и не позволяющий советскому командованию снимать войска на выручку соседним участкам обороны Лужского рубежа. Одновременно сковывание боями не позволяло войскам под Лугой быстро оторваться от противника и вовремя вырваться из намечающегося окружения. Единственным послаблением для LVI корпуса стало начало наступления 10 августа, когда погода уже позволяла использовать авиацию.

Главный удар вдоль железной дороги на Лугу наносила вновь прибывшая дивизия СС «Полицай». Она была новичком на советско-германском фронте, ее первый бой на востоке состоялся 3 августа. Конечно, одна эсэсовская дивизия была слабым утешением за три недели ожидания. Однако в одиночку 269-я пехотная дивизия уже потерпела фиаско в «сшивании» смежных флангов моторизованных корпусов.

^{Танк КВ-1, подбитый на подступах к Стояновщине. На заднем плане виден подбитый танк БТ}

Вполне ожидаемо, что свежая дивизия была использована как таран в новом немецком наступлении на Лугу. 10 августа последовал удар частей «Полицая» к западу от шоссе Псков — Луга. Экс-полицейские в униформе СС не без труда прорвали передний край обороны 177-й стрелковой дивизии. Командир дивизии СС «Полицай» генерал Мюльферштедт, стремясь морально поддержать своих подчиненных на участке наметившегося успеха, появился на поле боя и был убит разрывом минометной мины. К 11 августа эсэсовские части пробились к населенному пункту Стояновщина (немцы для краткости называли ее «Стоя»). Здесь они были встречены контратаками танков 24-й танковой дивизии. Несмотря на присутствие в рядах атакующих «52-тонных танков», т. е. КВ, контратака была отражена немцами.

Обстоятельства боя танков КВ с эсэсовцами следующие. 12 августа 3 танка КВ контратаковали противника у деревни Стояновщина. Один из них получил повреждение пушки и своим ходом вышел из боя. Два других танка продолжили движение. Однако далеко они не ушли. Один КВ застрял в болоте в 100 м от Стояновщины, второй получил повреждение ходовой части и, «не имея возможности продвигаться дальше, стал вести огонь с места»[350]. Дальнейшее продвижение немцев привело к тому, что эти два танка стали безвозвратными потерями.

В итоге боев с 10 по 14 августа 2 подбитых танка КВ остались на поле боя, занятом противником, также 24-й танковой дивизией было потеряно 27 танков БТ, из них 23 танка сгорели, все они остались на поле боя, занятом противником[351]. Был эвакуирован только 1 танк БТ. В этом эпизоде как в капле воды отражаются проблемы боевого применения танков в 1941 г. При поверхностном взгляде на ситуацию может показаться, что достаточно было бы поставить танки КВ в засаду, и они бы останавливали целые танковые группы. Советские войска на «лужской подкове» располагали тремя КВ. Если бы они их поставили на позиции у шоссе, то наступающие вдоль железной дороги эсэсовские части банально обошли бы закопанные танки с тыла. Расставить все три танка КВ на фронте «лужской подковы» было невозможно, между ними все равно остались бы непростреливаемые промежутки. Поэтому единственным вариантом оставались контратаки, в которых КВ так или иначе подбивались или застревали. Танки БТ были легкой жертвой.