Читаем Иной 1941 полностью

Танкисты при этом, безусловно, рвались в бой. Рейнгардт в своем дневнике писал: «Вновь и вновь наш корпус требовал скорейшего возобновления атаки и про-сил передать нам какие-нибудь дополнительные части, хотя бы из корпуса Манштейна, особенно учитывая тот факт, что они все равно застряли на месте. Но все было напрасно»[291].

В переговорах, которые состоялись 24 июля между начальником штаба группы армий «Север» генералом Бреннеке и Паулюсом, последним было высказано предложение рокировать корпус Рейнгардта на правый фланг 4-й танковой группы. Это предложение не встретило поддержки у командования группы армий «Север». Запись переговоров гласит:

«Правильная идея» фюрера поддержки у командования группы армий «Север» не получила. На тех же переговорах Бреннеке и Паулюса было сказано следующее: «По вопросу о приказанном главнокомандующим сухопутными силами наступлении в северо-восточном направлении на правом фланге танковой группы, ген. Бреннеке доложил о следующих намерениях командующего танковой группой. Командующий танковой группой считает, после еще одного подробнейшего изучения местности на направлении Новгород — Любань, эту местность непригодной для своих главных сил. Он намерен, по достижении линии Новгород — Любань — Нарва — исходного рубежа для атаки на Ленинград, наносить удар примерно вдоль дороги Луга — Ленинград силами LVI корпуса. На Новгород будут задействованы для начала I АК, а позднее и X АК»[293]. Любопытно отметить, что именно на направлении Новгород — Любань вскоре будет задействован переданный из группы армий «Центр» XXXIX моторизованный корпус.

^{Командующий 8-й армией генерал-майор И. М. Любовцев}

^{Командующий 8-й армией генерал-лейтенант П. С. Пшенников (снимок 1930-х годов)}

Как мы видим, единство мнений относительно планов прорыва на Ленинград у командования группы армий «Север» и Верховного командования отсутствовало. Это приводило к половинчатости принимаемых решений. С одной стороны, под Кингисепп не стягивались главные силы 4-й танковой группы — Верховное командование настаивало на акценте на правом фланге. С другой стороны, командиры снизу не желали отказываться от идеи быстрого броска на Ленинград на кингисеппском направлении.

Немцы не зря сетовали на потерю времени. В то время, пока немецкие танковые дивизии сидели, вцепившись зубами в клочки земли на Луге, далеко в тылу Лужского рубежа формировались новые дивизии, которые могли уплотнить фронт на периметре плацдармов. Первые контрмеры на дальнюю перспективу были приняты советским командованием еще до захвата группой Рауса плацдарма в Поречье. Помимо формировавшихся по инициативе партийных органов нескольких ополченческих соединений, армейское руководство занялось формированием обычных стрелковых дивизий. По приказам штаба ЛВО от 10 июля формировались две стрелковые дивизии — 272-я и 281-я. Для обоих соединений предусматривался штат № 04/400 и 04/418 (без гаубичного артполка) в численности 13 249 человек. Не были забыты и противотанковые средства. По приказу штаба ЛВО от 8 июля формировалась 14-я артиллерийская противотанковая бригада. Ее вооружение составляли 76-мм пушки. Первый бой бригада приняла уже 21 июля на участке пехотного училища им. Кирова.