Читаем Информатор полностью

Джип резко остановился. Солдаты соскочили на землю и выволокли на дорогу Монро. Она стукнулась головой о задний откидной борт и сползла на колени. В висках пульсировала острая боль, а по щеке побежала предательская струйка крови, издавая едкий запах смертельной опасности. Окружающий мир утратил все свои краски и стал серым, а в ушах застучали барабаны войны. На уровне глаз был ремень одного из похитителей. Кобура. Подсумок с патронами. Нож. Она почувствовала острое желание поддаться инстинкту и нанести удар, но через мгновение волна ярости спала, будто разбившись о глухую стену: вспышки оказалось недостаточно, чтобы разжечь пламя. Она просто физически не могла сделать ни малейшего поползновения к изменению этой отчаянной ситуации, в которой оказалась.

При виде Бейярда она на мгновение испытала страх. Страх! Не исключено, что при ее попытке к бегству его убьют. Значит, вместо того чтобы мобилизовать все свои силы, настроившиеся на выживание и самосохранение, она беспокоилась о Бейярде! Для нее испытать чувство страха было полной неожиданностью. Ей никогда не доводилось поддаваться демонам и природным инстинктам, скрывавшимся в потемках души. Контролировать их — да, противостоять им — да, но никогда не вызывать их из потаенных уголков, где они таились. А сейчас было самое время обратиться к ним за помощью.

Ее грубо поставили на ноги. От того места, где остановился джип, в чащу вела узкая тропинка. Солдат, стоявший ближе других, ткнул ее дулом автомата и кивнул сторону тропинки. Она не отреагировала, и он подтолкнул ее в спину. Цвет деревьев сменился с изумрудного на тускло-оливковый, а бой барабанов в ушах — глухим стуком в груди. В густой траве тропинку не всегда было хорошо заметно, и стоило ей замешкаться, выбирая, куда сделать следующий шаг, как она получала удар прикладом в спину. Барабанная дробь не прекращалась. Монро улыбнулась, но эта улыбка скорее напоминала маску смерти. Она сжала пальцы, по-прежнему стискивая в них ключи, и большим пальцем просунула их концы между фалангами, превращая кулак в смертоносный кастет.

Она не знала, сколько людей двигалось за ней, не знала, ведут ли Бейярда по той же тропинке или повели убивать в другое место. Она не могла действовать, пока было неизвестно ни его местонахождение, ни количество конвоиров. Ценой еще одного грубого удара в спину она проблеяла, подражая крику антилопы. Через пару мгновений сзади раздался ответный крик: Бейярда вели по той же тропинке.

Неожиданно тропинка оборвалась у небольшого оврага. Монро стояла на краю обрыва высотой футов в пятнадцать. Его поверхность была покрыта вылезшими на поверхность шишковатыми корнями деревьев, а внизу шумел ржаво-красный поток. В сезон дождей река становилась бурной и полноводной, но сейчас была лишь жалким своим подобием. Тропинку отделяло от реки всего несколько футов обрыва. Солдат дернул за наручники вверх, заставляя Монро опуститься на колени, и приставил дуло автомата к шее. Она стояла лицом к реке и спиной к тропинке: ремень солдата снова оказался на уровне ее глаз, а оружие — в нескольких дюймах от щеки. В наступившей тишине послышались шаги и снова крик антилопы.

Бейярда поместили на том же пятачке у обрыва. Руки у него были связаны, и он тоже стоял на коленях, а солдат рядом держал его под прицелом.

На тропинке появились еще люди. Интуиция подсказывала Монро, что затевается казнь, однако охранники ничего не станут делать без приказа. Монро закрыла глаза, стремясь сосредоточиться. Она еще может спастись. Если она и далее будет отвлекаться на Бейярда, то каждое мгновение будет приближать ее гибель. Так уж устроена жизнь — ничего не поделаешь. Нужно решаться!

Она сместила сустав большого пальца и освободила из наручников руку. Потом перенесла центр тяжести вперед, напряглась и подняла глаза на солдата. Встретившись с ним взглядом, она мило улыбнулась и спросила по-португальски:

— Меня сейчас убьют?

Он не ответил и отвернулся к реке, но она поняла все, что ей было нужно. Язык был ему знаком. Сомнений не осталось — он анголец.

— Я не могу умереть, не рассказав о сокровище, — продолжила она. Голос звучал вкрадчиво и мелодично, каждое слово произносилось четко и медленно. — Оно закопано под холмом на пляже в пяти милях к югу, где река впадает в океан. — С каждым словом она говорила все тише и постепенно перешла на шепот. Солдат непроизвольно начал прислушиваться, подходя все ближе, стараясь не пропустить ни одного слова.