Читаем Инферно полностью

Она продолжала шагать, сосредоточившись на собственных мыслях. Затем пришлось согнуться, чтобы нырнуть под сломанный багажник для велосипедов. Рут споткнулась. Она немедленно выпрямилась, чувствуя головокружение и сухость во рту, и оглянулась на тучу насекомых. Кажется, или туча приближалась к ним? В глазах заплясали чёрные точки, она неловко развернулась боком…

Удара об асфальт как будто и не было. Рут очнулась во влажном, душном коконе своей куртки и лицевой маски. Руку пронзила новая боль.

Кэм, склонившись над ней, сказал:

— Осторожней.

«Я потеряла сознание», — подумала Рут, но и эта мысль казалась пустой и бессмысленной, пока Кэм не попытался поднять её на ноги. Он и сам чуть не падал под грузом рюкзака и штурмовой винтовки. Его левая рука, вцепившаяся в куртку Рут спереди, дрожала.

Ньюкам остановился, чтобы помочь, и Кэм немедленно ощетинился. Даже под маской и одеждой это было очевидно — точно так же вел себя пес её отчима, маленький тупоголовый терьер, если кто-нибудь, кроме хозяина, уличал его в краже подушки или ботинка.

Кэм, наклонив канистру, вылил немного воды на перчатку и сбрызнул капюшон и плечи Рут. Женщина растерянно нахмурилась. Она слишком много думала о прошлом — и вот теперь отводила взгляд от лица Кэма и его обеспокоенных глаз. Такое же выражение было в глазах её сводного брата, когда тот спрашивал, надо ли рассказать остальным. Рассказать о том, что они переспали, когда Рут приезжала домой на Хануку, и потом ещё на неделю в Майами. То, что было между ними, давно вышло за пределы дружеского секса и развлечения, но ни один не знал, как сообщить родителям. Ари. Рут не думала о нём уже целую вечность, и все же понимала, почему воспоминания пробудились именно сейчас. Напряженность между ней, Кэмом и Ньюкамом напоминала те странные, безнадежные отношения.

Изначально паршивая ситуация стала ещё хуже. Они уже не доверяли друг другу и ни на секунду не могли расслабиться, даже ночью, на стоянке, когда отдых был важнее всего. Ни один из них не высыпался как следует, несмотря на снотворное, и бессонница стала ещё одной проблемой. Она мешала думать. Превращала их в параноиков, и все же они вынуждены были работать вместе. Другого не дано.

Беглецы были связаны куда крепче, чем Рут с Ари на протяжении всего их недолгого романа, и женщина отчаянно пыталась найти решение. Затем она заметила, что двое мужчин уставились ей за спину — должно быть, боялись, что сейчас налетят насекомые. Рут кивнула и с трудом встала. Тупая боль в голове запульсировала с новой силой.

* * *

Они зашли в тупик. Рут готова была признать, что виновата в этом не меньше своих попутчиков. Она могла бы просто подчиниться Ньюкаму, вместо того чтобы науськивать на него Кэма. Или разрешить Кэму в одиночестве отправиться на восток и испытать судьбу, сев в самолёт.

Они уже давно миновали точку рандеву. Роклин остался позади, как и большая часть Сакраменто. Они не раз говорили, что пора бы свернуть с шоссе и идти прямиком через бурые, поросшие сухой травой и дубами холмы. Кэм считал, что так они смогут продвигаться быстрее, но тогда вставал вопрос пополнения продуктов. Ньюкам и Кэм были уверены, что смогут тащить запас провизии на несколько дней, однако каждый из них нуждался по меньшей мере в двух литрах воды в день. А некоторые канистры надо было заполнить бензином. Беглецы понятия не имели, сколько насекомых окажется в холмах. Больше? Меньше?

Приходилось учитывать и другие неизвестные. Рут не могла понять, что она чувствует по отношению к Кэму. Невозможно было не испытывать к нему благодарность и не восхищаться им. Рут все ещё оставалась в живых лишь потому, что Кэм раз за разом делал трудный выбор — и именно ему она была обязана большей частью достигнутого. Ученая не хотела причинять ему боль. Она испытывала к Кэму настоящую привязанность, но в то же время её преследовали сомнения. В том, как Кэм защищал её, ощущались претензии на обладание, и это тревожило Рут. Женщину также беспокоило, как быстро он ополчился против Ньюкама. Она думала, что Кэм станет спорить, но похоже, он сразу поверил в предательство сержанта. Это снова заставило женщину задуматься о том, каково ему пришлось там, на вершине горы, где старались выжить любой ценой.

Возможно, Кэм согласился только ради неё. Он определённо был без ума от Рут. Ученая полагала, что дело отнюдь не в её выдающихся качествах, а просто в том, что она рядом. Ему так страстно хотелось, чтобы его приняли, хотелось снова почувствовать себя нормальным и здоровым.

Потянуться к первому встречному — это так по-человечески. Страх и боль лишь усилили этот инстинкт. Нынешняя ситуация напоминала историю с Николаем Улановым. Будучи командиром космической станции, Уланов старался держаться подальше от Рут, несмотря на то, что они обменивались взглядами и при каждом удобном случае находили предлог прикоснуться друг к другу: то споря у неё в лаборатории, то пробираясь по узким коридорам и тесным жилым отсекам МКС.