Читаем Инферно полностью

Однажды придется закрыть глаза, как эта корова, и заснуть. Навсегда. И тогда не будет уже никакого однообразия или, наоборот, грозящей опасности. Настанут тишина и спокойствие. Может, именно это и есть счастье для любого человека?

Густав тяжело вздохнул, отгоняя от себя эти странные мысли, поставил одну ногу на карусель и сказал:

— Ну что, начнем операцию?

Семен кивнул, оценивающе посмотрел на оружие в своих руках и, немного поколебавшись, отдал топор Шомову. Странник же нашёл толстую сухую ветку и разломил её пополам, но не до конца, сделав своеобразный пинцет.

Корова все ещё была без сознания, только изредка сучила ногами и глубоко дышала.

Густав отодвинул полиэтилен, прицелился и осторожно взял деревянным пинцетом тельце улитки. Семен попробовал большим пальцем острие ножа, откашлялся и положил нож плашмя на корову, чтобы резать по самому основанию.

Он вопросительно посмотрел на странника, и тот утвердительно кивнул.

Но когда острие коснулось матового черного бока твари, раздался женский крик:

— Ребята, вы что делаете?!

Семен вздрогнул, а Густав сильнее, чем стоило, сжал ветки, и из тела улитки опять брызнула красная жидкость, едва не попав на одежду странника. Все обернулись. День сегодня определённо не задался и шёл кувырком.

К ним чуть ли не бегом приближалась загорелая девушка с русыми, но начавшими выгорать добела волосами. На ней было легкое платье на широких бретельках и, странник отметил это отдельно, кольца на всех пальцах рук. Она подбежала, запыхавшись, растолкала охотников и звенящим голосом спросила, обращаясь к Семену:

— Что вы тут делаете? Кто вам разрешил убивать корову?!

Тот почему-то промолчал.

— Послушай. — Густав отложил ветки в сторону. — Тебе не стоит здесь находиться. Потому что произошло кое-что странное и хорошенькой девушке не стоит на это смотреть.

Он огляделся, ища поддержки, но Семен стоял, опустив голову, Шомов же чему-то улыбался и даже не сделал попытки заговорить с девушкой, а от остальных толку вовсе не было никакого.

Девушка удивленно подняла брови:

— То есть ты, насколько я в курсе, странник и чужак, гонишь меня отсюда? По-моему, немного самонадеянно для новичка.

Густаву вдруг показалось чрезвычайно знакомым лицо этой девушки. Но откуда он мог её знать? Вероятно, что просто типаж или манера поведения похожи на какую-то другую женщину из его бурного прошлого. У этой была отличная фигура, которую удачно подчеркивало белое платье. Большая грудь, густые волосы и, что самое главное, пухлые губы. В общем и целом девушка была совершенно во вкусе странника, так что не следовало удивляться смутному чувству дежавю. Вполне возможно, что она просто приходила к нему в эротических снах, как эталон сексуальности и женственности.

Но странник на девушку обратного впечатления не произвел. Даже больше — она на него явно злилась, и искорки ярости без всякого стеснения мелькали в её серых глазах.

— Семен! — сказала она. — Может быть, ты мне все же ответишь, что вы тут делаете?

Сосед Густава по квартире встрепенулся, но головы не поднял, продолжая пялиться на свои ноги.

«Да что с ними происходит?» — подумал Густав. После прихода этой странной девушки возникла какая-то непонятная неловкая атмосфера. Вон и доктор Шомов криво улыбается, и охотники с птицеводом глядят куда-то в сторону, вроде бы и не присутствуют здесь, а проходили мимо и случайно застряли.

— Я отвечу за него, — сказал Густав. — Мы пытаемся избавить это несчастное животное от коровьих улиток. Теперь понятно?

— Улиток?

Злость мгновенно исчезла с лица девушки и сменилась искренним беспокойством. Она на цыпочках подошла к коровьей туше, внимательно оглядела её и ойкнула, прикрыв лицо руками.

За это время Густав успел пихнуть Семена в бок, чтобы тот проявил хоть какие-то признаки жизни, но тот лишь неопределенно мотнул головой и как-то безнадежно хмыкнул.

Девушка обернулась. На её глазах блестели самые настоящие слезы.

— Она умрет, да? — на этот раз вопрос был задан именно страннику.

— Я не знаю. Когда мы пытались отрезать эту штуку, появилась ты и прервала нашу затею на самом корню.

— Извините, я случайно. Я просто думала, что вы хотите её убить непонятно зачем. А я ведь её люблю, я помню ещё, когда она была маленьким теленочком. Я ж даже имя ей сама придумала, у неё глаза такие добрые были и нос — мягкий, нежный… А потом мне на дворе сказали, что вы её увели вот сюда, и я побежала за вами.

У девушки задрожал подбородок, и она закусила нижнюю губу, захлопав ресницами и подняв глаза наверх, не давая слезам вытечь. Странник вежливо приобнял её за плечи и отвел от карусели подальше.

— Тебе нет никакой необходимости находиться здесь. Мы сделаем все, что возможно, чтобы избавиться от этих улиток. И Белла будет и дальше радовать тебя мягким носом, красивыми глазами и вкусным молоком. Родит таких же красивых телят и проживет долгую, счастливую коровью жизнь.

— Правда?

— Да, — соврал Густав. На самом деле он не имел представления, что произойдет дальше. То есть вообще без вариантов.

— Но вы же не сделаете ей больно?