Читаем Иная Реальность полностью

Все рушится, падает, стонетИ просит любви хоть глоток,Сметению этому вторитСлабый, но гордый росток.Он с каждым порывом стихииСтановится выше, сильней,И крепнут прозрачные крыльяВ потоках суровых дождей.И в хаосе этом рождаясь,Смывая прошедшего тень,Трепещет душа чуть живая,Приветствуя новый день.

Понимание причин существования вселенной и ее устройства требует не только дарования, определенной избранности, но и, прежде всего, неустанного размышления, совершенствования.

Свет истины может быть не доступным, не подготовленным, не желающим посвятить этой задаче все свои помыслы.

Следует научиться распознавать и ловить проблески света, озаряющие душу в минуты истинного восторга. Силы, заложенные в нас, не имеют подобных в природе, и лишь нам дано знать, на что они способны, а это возможно выяснить, испытывая себя, познавая любовь, боль, постоянно устремляясь к высшим благородным целям, к самосовершенствованию и самопознанию, познанию себя и истины всего сущего.

Внутреннее видение совершенных образов может притягивать созидательные энергии духа, преобразующие реальность. Порой, не осознавая, что вечная река мудрости течет через духовное начало каждого, человек все время ищет вокруг себя и бьется, чтобы получить хоть каплю знания для удовлетворения своей жажды.

Ну, достаточно философии, пора открыть то главное, ради чего все и начиналось, ради чего душа металась меж миров, искала любовь, совершенство, истину, знания, перенимая опыт другой реальности.

Ну, обо всем по порядку, стараясь не упустить подробности в описании любой мелочи, ведь это другой мир, и, кто знает, насколько важна каждая деталь, увиденная там, для нашего мира.

Глава вторая. Город черных пирамид

В эту ночь Алекс заснул быстро и без сновидений, только темнота и ощущение движения, как подъем с огромной глубины со все возрастающей скоростью, пока вдруг не наступает ощущение полной невесомости и тишины, нет ощущения тела и в то же время понимаешь, что уже не спишь. Алекс попытался открыть глаза, но ничего не вышло, через какое-то время пришло чувство покалывания по всему телу, как если бы отлежал руку, которую перестаешь чувствовать, и только спустя некоторое время сначала покалывания, которые становятся все сильнее, затем гул и сильное напряжение, сменяющиеся чувствительностью сначала пальцев, а затем и всей руки, тоже самое происходило, только по отношению ко всему телу, и какое-то болезненное чувство нереальности сознания, такое же, как он когда-то испытывал в глубоком детстве. Постепенно все ощущения пришли в норму и стали естественными. Алекс открыл глаза и сразу ударил яркий свет, привыкнув к которому, он заметил, что это не та комната, в которой он уснул, как казалось несколько минут назад. Разум отказывался понимать и принимать происходящее, пытаясь найти рациональное объяснение, пока природное любопытство не взяло верх над страхом неизвестности.

Первая логическая мысль: что-то произошло, и, скорее всего, это больница и белый ослепительный свет, и огромные витражные окна только подтверждали эти догадки, но что все-таки произошло? Алекс попробовал пошевелить сначала руками, а затем ногами, с трудом, но все же получилось. Тогда он приподнял голову и увидел свое тело, лежащее в прозрачной полуоткрытой капсуле. «Значит, все-таки больница», – успел он подумать, и тут же в сознании возникла чужеродная мысль, которую, понимая, не воспринимал как свою, порожденную собственным сознанием. Это был голос, который спросил, как он себя чувствует и может ли он попробовать встать? Не успев понять, нужно ли отвечать на вопрос, прозвучавший у него в голове, он увидел лицо девушки. Это было красивое лицо с четкими чертами и большими голубыми глазами, излучающими свет любви и одновременно по-детски любопытными и наполненными радостью.

Голос снова, уже более отчетливо, произнес:

– Мое имя Ариана, как твое имя? – после этого уже не оставалось никаких сомнений, кому принадлежит этот голос. Алекс не без труда вспомнил свое имя, что очень удивило его, ведь забыть свое имя – это забыть, кто ты.

– Здравствуй, Алекс, будь как дома в этом новом для тебя мире, – снова произнес голос девушки.

– Что это за мир и как я оказался здесь? Голос снова спокойно ответил:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Идеология и филология. Ленинград, 1940-е годы. Документальное исследование. Том 1
Идеология и филология. Ленинград, 1940-е годы. Документальное исследование. Том 1

Книга П.А. Дружинина посвящена наиболее драматическим событиям истории гуманитарной науки ХХ века. 1940-е годы стали не просто годами несбывшихся надежд народа-победителя; они стали вторым дыханием сталинизма, годами идеологического удушья, временем абсолютного и окончательного подчинения общественных наук диктату тоталитаризма. Одной из самых знаменитых жертв стала школа науки о литературе филологического факультета Ленинградского университета. Механизмы, которые привели к этой трагедии, были неодинаковы по своей природе; и лишь по случайному стечению исторических обстоятельств деструктивные силы устремились именно против нее. На основании многочисленных, как опубликованных, так и ранее неизвестных источников автор показывает, как наступала сталинская идеология на советскую науку, выявляет политические и экономические составляющие и, не ограничиваясь филологией, дает большую картину воздействия тоталитаризма на гуманитарную мысль.

Петр Александрович Дружинин

История / Учебная и научная литература / Образование и наука
«Трагическая эротика»
«Трагическая эротика»

Верноподданным российского императора следовало не только почитать своего государя, но и любить его. Император и члены его семьи должны были своими действиями пробуждать народную любовь. Этому служили тщательно продуманные ритуалы царских поездок и церемоний награждения, официальные речи и неформальные встречи, широко распространявшиеся портреты и патриотические стихи. В годы Первой мировой войны пробуждение народной любви стало важнейшим элементом монархически-патриотической мобилизации российского общества. Б. И. Колоницкий изучает, как пытались повысить свою популярность члены императорской семьи – Николай II, императрица Александра Федоровна, верховный главнокомандующий великий князь Николай Николаевич, вдовствующая императрица Мария Федоровна. Автор исследует и восприятие образов Романовых. Среди многочисленных источников, на основе которых написана книга, – петиции, дневники и письма современников, материалы уголовных дел против людей, обвиненных в заочном оскорблении членов царской семьи.

Борис Иванович Колоницкий

Документальная литература / Публицистика / История / Учебная и научная литература / Публицистическая литература / Образование и наука