Читаем Империя мертвецов полностью

– Нам нужно не отдельные единицы скрупулезно настраивать, а придумать, как этого добиться на больших массах. Конечно, мертвец даже с самой базовой прошивкой будет следовать командам, пока не сгниет до скелета, но невозможно же по-настоящему воевать с кучкой недоделанных болванчиков. Академики бьются над вопросом, как сделать каждого мертвеца эффективнее, но они не понимают одной простой вещи. Эффективность больших групп измеряется по способностям самого слабого элемента.

– Насколько я знаю, сейчас идет работа над гармонизирующим дополнением…

– Ну еще бы! – фыркнул Литтон. – У нас треть мощностей хваленого британского Олл Ред Лайн[12] уходит на постоянные обновления и прочую галиматью от АВМ. Зачем мы только прокладывали кабель по Атлантике и защищаем узлы связи на Суэцком канале? Все забивает болтовня нелюдей, и с каждым днем все сильнее!

Гармонизация – неотъемлемый элемент слаженной работы военных франкенштейнов. Каждый из них – довольно мощная боевая единица, но в массе они бесполезны, если не научиться координировать их работу. Любая тонкость настройки теряет всякое значение перед численностью войска. Чтобы вы понимали, даже заставить мертвецов вышагивать строем – значит уже обеспечить себе победу над большинством противников. Конечно, нельзя утверждать, что остановить наступление большого отряда мертвецов невозможно, но эта задача определенно очень и очень сложная. Представьте себе муравьев-солдат. Мертвецы не остановятся от удара саблей или пули из винтовок – если только не попасть по литографии с оттиском искусственной души. До тех пор, пока от слова «эмет»[13] не отлетит первая буква, образуя «мет»[14], мертвец продолжит безрассудно исполнять любые приказы.

Даже я понимаю, сколько вопросов появляется, стоит только задуматься о боевом потенциале этих чудовищ. Им могут дать приказ уничтожать все живое на пути, пока не поступит новой команды, и это будут уже не солдаты и даже не каратели, а самое настоящее стихийное бедствие.

Мертвому солдату в голову не так сложно вложить разницу между движениями живых и мертвецов, поскольку мы способны замечать ее на инстинктивном уровне, и никаких дополнительным механизмов тут изобретать не надо. А вот размежевать своих и чужих уже задачка не из легких. Живым объяснить – проще простого, а мертвецов такие мелочи не заботят. Мы различаем врагов и союзников, руководствуясь не какими-то там медицинскими показаниями, а обычной логикой и знаниями.

Естественные, с позволения сказать, мертвецы не обладают механизмом распознания «свой-чужой». Как они распределят то, что видят, по этим двум категориям, зависит от приказа и вшитых в них некрограмм. В конце концов, мертвец в состоянии различить разных живых. И даже их голоса по тембру. Например, франкены-извозчики в городах не путаются, когда слышат команду из другого экипажа, но на поле боя, переполненном криками, грохотом орудий и взрывами, – это уже совсем другое дело.

Можно, конечно, пользоваться особыми паролями и цветовой палитрой, но этого, увы, недостаточно. Легкое подражательство в голосах или одежде – и пиши пропало. Такое случается даже с живыми, а у мертвецов способность учитывать обстоятельства и вовсе отсутствует.

Вот, скажем, во время Сацумского восстания в Японии, которое произошло не далее как в прошлом году, мертвые войска правительства Мэйдзи чуть не пропустили переодетых в их форму мятежников через гору Табарудзака. Говорят, франкены неправильно распознали условленное знамя, так называемое «нисики-но-михата»[15].

Солдаты-мертвецы только зовутся солдатами, но, по сути, они – оружие, и как оно справится с поставленной задачей, зависит от таланта живого полководца. Как нет своей воли у винтовки, так и мертвецы, попавшие в руки противника, становятся частью его арсенала. Поэтому среди мертвых войск бывают такие части, которых настроили взрываться, если через определенное время они не получат оговоренную команду.

Поскольку мертвецы – простое оружие, их можно экспортировать. «Пинкертон», одно из частных военных предприятий, нередко сегодня сражается с теми, за кого воевал еще вчера, и такое может случиться в любой армии мира. Следовательно, необходимо быстро переписывать систему распознания «свой-чужой» в соответствии с актуальными нуждами. Правительства воют от необходимости обслуживать такой поток войск и все чаще обращаются к услугам частных компаний. Воистину война – огромная индустрия.