Читаем Империя коррупции полностью

Муссолини хорошо понимал, что надо создавать в народе образ правителя, которого любят. И ему это удавалось. Считается, что дуче лично предоставил двум миллионам итальянцев финансовую помощь. Разумеется, это было физически невозможно – достаточно просто подсчитать, сколько времени должны были занимать подобные мероприятия. На этом направлении деятельности был занят целый отдел, который читал письма итальянцев, а дальше от лица Муссолини выдавал им деньги.

Дуче не только расставил своих людей на ключевые должности, но и регулярно собирал с них конвертики. Эти конвертики заполнили фактически все внутреннее пространство его стола. И конечно, время от времени друзьям начинало казаться, что уже хвост виляет собакой и никуда Муссолини от них не денется. Но тут начинал работать тот самый тайный отдел полиции, о котором я упомянул ранее. Сыщики знали о друзьях Муссолини все: кто с кем спит, когда спит, где ворует, как ворует. Когда уровень наглости начинал зашкаливать, не было обращений в суд и громких публичных процессов. Муссолини приглашал проштрафившегося соратника на личную беседу, открывал пухлую папку с завязками и зачитывал оттуда несколько документов. И не было ни разу случая, чтобы после подобной беседы друг не написал вежливого прошения об отставке – все до единого поступали именно так и потом тихо куда-то пропадали. Интересно и то, что, к примеру, личное влияние начальника полиции было крайне ограниченным. Этот человек обладал гигантскими возможностями и влиянием в качестве должностного лица, но при этом четко понимал, что у него нет ни единой возможности организовать утечку информации в прессу либо обратиться в судебные инстанции. Его задача была другой.

* * *

Многие считают, что коррупция – это такое страшное зло, а отсутствие коррупции – это такое лучезарное добро. Но, скажем, одной из наименее коррумпированных стран в мире, как это ни странно, была Ливия в период правления Муаммара Каддафи. Опыт наших соотечественников, которые пытались заниматься там разработкой нефтяных месторождений, показал, что ливийских министров интересовали исключительно интересы народа.

Бесспорно, Каддафи был международным террористом – все помнят историю с уничтоженным в небе над Шотландией американским пассажирским самолетом. Конечно, он являлся тираном, деспотом и узурпатором, как было принято называть его в цивилизованных странах. Хотя, положа руку на сердце, действия этих цивилизованных западных стран – выразившиеся в поддержке откровенных исламских фундаменталистов и сторонников Аль-Каеды, которые проявили себя в полной красе, убив пленного Каддафи в нарушение Женевской конвенции и поглумившись над трупом полковника, что не лезет уже вообще ни в какие этические рамки, – сложно считать мудрыми и направленными на поддержку реальной демократии.

Так вот, Каддафи на самом деле превратил каждого гражданина Ливии, если угодно, в соучастника добычи нефти – в отличие от России, где после принятия конституции 1993 года недра уже не принадлежат народу. Россиянам опосредованно достаются какие-то крохи через систему налогообложения добывающих компаний и государственные социальные услуги, и то в очень неявном виде. А кроме того, россияне еще и вынуждены платить за эти самые недра, которые им не принадлежат, через расходы на бензин (со включенными в цену акцизами), электроэнергию и прочее колоссальные деньги, которые якобы позже возвращаются бюджетникам через бюджетные зарплаты.

В Ливии система работала по-другому. Там, так же как в Арабских Эмиратах, и даже более явно, чем в Эмиратах, работала система социальной помощи. Поэтому Ливийская Джамахирия – народное управление – прославилась тем, что там был самый высокий уровень жизни в Африке. Действительно самый высокий. Молодые семьи получали вспомоществование, на которое можно было купить дом. В Ливию стремились поехать работать и украинские медсестры, и итальянские специалисты. И платили всем много. И пособие по безработице превышало, вежливо говоря, в несколько раз среднюю зарплату в России. И коррупции не было. Но – помогло ли это Каддафи удержать власть и в конечном итоге сохранить жизнь? Нет.