Читаем Империя коррупции полностью

Существовала и та самая ротация кадров, о которой вдруг вспомнил Рашид Гумарович Нургалиев и которая совершенно забыта в современной России. При всем уважении к бывшему министру финансов господину Кудрину замечу, что когда человек находится на одной и той же министерской должности одиннадцать лет, как сам Алексей Леонидович, у него реально замыливается глаз. Ротация необходима, как необходима и возможность поработать в разных регионах, чтобы осознать нашу страну не только как исключительно московско-питерскую тусовку, почувствовать, насколько многое зависит от российской глубинки.

Справедливости ради надо сказать, что власть регулярно вспоминала об этом, пыталась оживить обстановку и привнести в нее какую-то свежую струю. Наверное, многие помнят те резкие политические движения, когда вдруг сменилась половина губернаторов или были призваны в правительство новые люди. Но все эти акции носили скорее спорадический, эмоциональный характер и в конечном итоге замирали. Опять же зачастую кадровые назначения производились не по уровню профессиональной подготовки, а исключительно по критерию личной преданности.

Именно поэтому столь неоднозначную реакцию вызвала заявленная президентом Медведевым идея «большого правительства». Потому что если вначале при обсуждении «большого правительства» была надежда, что наконец-то стали востребованы эксперты и экспертные мнения, то, когда на одной из встреч было сказано, что «мы здесь все единомышленники и из вас, в частности, будет набираться правительство не только большое, но и конкретное», конечно, многие вздрогнули. Потому что, как бы ни относиться к министру Фурсенко – на самом деле вряд ли когда-либо в истории России был министр образования хуже, чем он, – но представить на его месте Тину Канделаки попросту губительно для мозга здравомыслящего человека. Равно как и представить на месте министра культуры Авдеева, скажем, Сергея Минаева, талантливого писателя и телеведущего, или замечательного галериста Марата Гельмана.

Все-таки, в противовес распространенной в России фразе «все вы можете только критиковать, а вы попробуйте что-нибудь предложите», хотелось бы сказать, что не всем критикующим необходимо сразу предлагать попытаться реализовать свои идеи. Да и сама фраза, означающая по сути «не можешь ничего конкретного предложить – не критикуй», далека от действительности. В самом деле, когда вы приходите в ресторан и делаете заказ, а вам приносят несвежую или невкусную еду, вы не критикуете, а просто констатируете факт того, что еда плохая. И это отнюдь не означает, что вы непременно должны после этого пойти на ресторанную кухню и приготовить себе еду самостоятельно.

Будучи потребителями государственных услуг, мы видим их результат. И то, что мы говорим «это плохо», отнюдь не означает, что каждый, кто видит, как оно плохо, должен бросить все, чем он занимался до этого, с криком «пойду-ка я сделаю все хорошо». Это как раз ужасающая, абсолютно порочная мысль. Ясно, что ни в коем случае ничего подобного делать не надо. Мало того, к новым назначениям действительно необходимо относиться крайне осторожно, здесь я согласен с Путиным. Но – и здесь я с Путиным не согласен – не настолько осторожно, чтобы считать, что лучше уж замучить до конца действующих чиновников, но ни в коем случае их не менять. Как известно, однажды на вопрос о смене министров Путин ответил в том ключе, что, мол, какой смысл их менять, если любая замена министра означает, что еще в течение полугода в отрасли ничего не произойдет. Это неверно. Точнее, верно лишь в том случае, если придет очередной варяг, который начнет с того, что будет менять всю команду. Как раз само министерство ни в коем случае не должно лихорадить, потому что изначально министерство должно быть не сборищем друзей ныне действующего министра, а профессионально работающей структурой, где существует четкое понимание, кто, с кем, как и по каким вопросам взаимодействует.

Пожалуй, из профессионально работающих структур сегодня можно назвать только МИД да МЧС. Там любой непрофессионал просто моментально проявит себя, и поэтому фактор личной преданности не является определяющим – по крайней мере, в росте до практически самых высоких должностей. Но когда в силовых министерствах или в ключевых министерствах социального блока назначение выглядит по крайней мере непредсказуемым, в том числе для людей, работающих внутри страны, начинаешь понимать: да, вы, конечно, можете расти, но степень вашего роста зависит в первую очередь от того, с кем вы дружите.