Читаем Империя коррупции полностью

Вот эта беззастенчивость – «дайте лучше денег» – стала всепроникающей. Но она связана в первую очередь с тем, что честно живущий в нашей стране бюджетник, будь то министр или кто угодно еще, воспринимается по большому счету как анекдот. Отсюда и богатство министерских жен, которые зачастую являются фактическими управляющими или благоприобретателями всех тех бизнесов, над которыми «непосильно» трудились их мужья до попадания в правительство, и тот распространенный факт, что у каждого министра есть свой «нежный друг», причем нежность этих друзей иногда вызывает удивление. Друг может быть настолько нежен, что зачастую запросто приходит и договаривается, например, с компаниями, работающими на данном поле, объясняя, что он не министр, конечно, а товарищ министра. И если раньше «товарищ министра» означало «заместитель министра», то нынче это словосочетание получило значение гораздо более важное и принципиальное. Теперь товарищ министра, как правило, тот, кто отвечает за министерский кошелек и кто реально может решить любые проблемы. Поскольку в последнее время министры федерального и губернского уровня – да, в общем-то, и не только они, а все граждане, находящиеся во власти, – стали умные, то сами они денег по-тупому брать не будут. К ним уже не принесешь барашка в бумажке. Нет, это будет безналичное перечисление по сложной схеме либо направление на аффилированную компанию, которая с радостью выставит счет и поможет что-то сделать. Но кому будет принадлежать эта компания? Одноклассникам, друзьям. Конечно, мы понимаем, что они исключительно на рыночных основаниях выигрывают все необходимые конкурсы и тендеры! Только потом почему-то условия конкурсов и тендеров будут несколько меняться.

Невольно вспоминается небезызвестный тендер, который проводила компания «Теледайн Индастриз Интернейшнл», работая в России. Когда господин Якубовский, возглавлявший российское представительство фирмы, попал в автомобильную аварию и чудом выжил, ему потом не без чувства юмора сказали, что он может купить любую машину, главное, чтобы в ее названии было две буквы «V». Вот примерно таким же образом проводятся у нас тендеры, в частности, на то, какие машины могут обслуживать «Скорую помощь», – условия подобных конкурсов, как правило, прописаны предельно очевидно.

* * *

Но, строго говоря, чтобы выявить и ощутить все эти несовершенства, все эти пошлости, которые могли бы вылезти в случае, если бы страна попыталась хотя бы три месяца жить честно, а на четвертый сказала бы, что это невозможно, потому что все те, кто занимает любые оплачиваемые из бюджета должности, поуходили бы с работы по причине физической неспособности существовать на официально предлагаемые им государством деньги, необходимо найти ту каплю магического «фейри», которая, попадая в грязную тарелку, разгоняет жир по краям и выгоняет его полностью, быстро, четко и ясно. Такой метод есть, и он очень прост. Это когда в управление страной приходят люди – не близкие друзья начальников, а грамотные и умелые специалисты, и приходят именно благодаря своим профессиональным качествам. Это значит, что в стране должна существовать и открытая для всех карьерная лестница, то есть лестница профессионального роста, то, что сейчас принято называть социальным лифтом. И если нынче социальный лифт называется «покажи мне, как тебя любить, и я буду любить тебя страстно, и за это попаду всюду, куда надо», он должен смениться на «покажи мне, что ты сделал, я оценю степень твоих профессиональных способностей и направлю тебя для дальнейшего совершенствования, а когда ты дорастешь до необходимого уровня знаний, получишь государственную должность».

Примерно то же самое делает Артамонов в Калужской области. И не случайно в средневековом Китае многие века успешно работала система поиска государственных чиновников, основанная исключительно на их талантах, и хорошо образованный молодой человек даже из глубокой провинции мог получить высокое назначение только благодаря тому, что блестяще сдавал государственный экзамен. Но что говорить о блестящей сдаче госэкзамена, когда пресловутый ЕГЭ стал уже анекдотом, как и гуляющий по интернету приказ, лично написанный министром образования и науки господином Фурсенко и содержащий три орфографические ошибки, или блистательная речь министра спорта, туризма и молодежной политики господина Мутко, произнесенная на английском языке и не вызывающая ничего, кроме рыданий. И хотя вполне можно поверить, что грамматических ошибок в речи допущено не было, поскольку писали ее явно другие люди, народная молва не без оснований утверждает, что при этом записывали они английские слова русскими буквами, – так как министр спорта и туризма, несмотря на высокое звание кандидата наук и необходимость в связи с этим сдавать кандидатский минимум по иностранному языку, сдавал, как видно, такой минимум, что иначе как миниморум его и не назовешь. Уж лучше бы говорил честно: «Владею английским в пределах меню», – а впрочем, если подумать, и меню-то – «Макдоналдса».