Читаем Империя. Книга 1 полностью

Империю должен возглавлять император – монарх, в древности именовавшийся царем. Сущность царской власти в том виде, в каком она была дана древнему Израилю, – вести народ по путям, которые указывает Бог. Власть монарха имеет небесное происхождение, поэтому приличествует склоняться перед ней. Личность государя – земная, но власть его – от Бога.

Монархия не совершенна. Но если у народа нет царя, то скоро он отказывается и от Бога. Это закон истории.

В эту книгу заложен принцип почтительного отношения к истории мира, как она изложена в Библии – единственной книге, которая не только служит источником вероучения, но и рисует общую картину истории и мировоззрения народов Древнего Востока. Найденные за последние столетия археологами глиняные таблички с коммерческими договорами и дипломатической перепиской, царские надписи на стелах и скалах, тексты гробниц и пирамид, существенно расширяют наши знания исторических деталей, но все это проясняет лишь частности. Общая же картина человеческой истории, дошедшая до нас от древности – одна, и она содержится в Библии.

Десятая глава Книги Бытия в Ветхом Завете сообщает, что изначально человечество было единой семьей, но затем, после Потопа, разделилось. От трех сыновей праотца Ноя – Сима, Хама и Иафета – произошло три семьи народов, занявших три части света. Хамитам, то есть потомству Хама, достались Африка, Южная Аравия и сопредельные земли Ханаана. Народам, восходящим к Иафету, – Малая Азия, Греция, Иран, а также области, составляющие Европу и коренную Россию. А семиты, потомки Сима, расселились на большей части Месопотамии и Аравии.

Истинной жемчужиной во владениях семитов являлась Месопотамия. Первые на земле государства появились именно там, в междуречье Тигра и Евфрата. Две реки, разливаясь весной, удобряли почву и делали ее столь плодородной, что можно было собирать несколько урожаев в год. Юг Месопотамии настолько изобиловал хлебом, что его жители могли приобретать в обмен от соседей все что угодно; там возникали настоящие мегаполисы с населением 50–100 тысяч жителей.

Самым древним из известных нам народов Междуречья, который оставил достоверное письменное наследие, были шумеры. Самоназвание шумеров – «санг гиг-га» (то есть «черноголовые»). Свою землю, Нижнюю Месопотамию, они именовали «Ки эн-ги» – «земля благородных владык». Во второй половине IV – середине III тысячелетий до Р.Х. трудами шумеров Месопотамия поднимается необыкновенно высоко в культурном отношении.

Шумеры строили города из сырцового кирпича и умели вести масштабные ирригационные работы: отводили воду из тех мест, где ее оказывалось избыточно много, искусственно орошали те земли, где ее недоставало. Уже к III тысячелетию до Р.Х. Шумер оказался разделен на обладавшие собственными каналами города, каждый из которых представлял из себя микрогосударство. Шумерский город имел сельскую округу, его жители сообща владели продовольственными амбарами и в случае вооруженных конфликтов выставляли войско-ополчение. При этом каждый шумерский город считался домохозяйством того или иного божества. Впервые в истории появляется письменность, выросшая из необходимости учета и контроля продукции храмовых хозяйств. Крупнейшими городами Шумера были Эреду, Ур, Урук, Киш, Лагаш, Умма, Ларса, Иссин и священный город Ниппур.

Поначалу города возглавлялись выборными градоначальниками – «энси», которые выступали в роли жрецов и были подотчетны хозяину города – тому или иному божеству. Затем начала укрепляться власть воевод, которых именовали «лугаль» («большой человек»). Постепенно в это понятие шумеры начали вкладывать тот же смысл, который их северные соседи-семиты вкладывали в свое слово «шарру» – «царь».

По словам историка А. Немировского, царя шумерской эпохи «можно описать как уполномоченного, ответственного перед богами и своим народом за ряд ключевых аспектов связи между ними… в глубокой древности, по мнению месопотамцев, связи богов и человеческих сообществ поддерживались без посредничества царя. Лишь позднее боги изобрели саму „царственность”, институт царской власти (шумерск. „нам-лугаль”), сочтя ее инструментом наиболее эффективного осуществления этих связей, и она „спустилась с небес”; тем самым боги упрощали и централизовали механизм своего взаимодействия с людьми, концентрируя его отныне вокруг фигуры царя, и снабжали людей наилучшим средством обеспечения социального порядка, поддержания культа и храмового строительства… Сакрализовывался лишь статус правителя, его „царственность”, но не его личность. „Царственность” была создана богами как нечто независимое от людей, вручалась ими царю как особый дар и могла быть в любой момент у него изъята, все время оставаясь самостоятельным объектом, отдельным от его личности. Между тем все уникальные возможности царя связывались именно с его „царственностью”, а не с ним самим»[1].