Читаем Империя. Часть пятая полностью

– Ничего необычного в моей истории, по правде говоря, нет. Я был младшим сыном в одной из дворянских семей, которые после смерти Гайтона Третьего имели неосторожность открыто выступить против Теодоры Аргенис. Это многим стоило жизни, как вы знаете. Мой отец и старшие братья оказались в их числе, ну а я… скажем просто – мне повезло. Отец позаботился о том, чтобы я не принимал участия в тех событиях. Видимо, поэтому Теодора не сочла меня достойным смертного приговора. Мне всего лишь пришлось отречься от своей семьи, от своей истинной фамилии и от дворянства. Впрочем, как вы можете видеть, со временем я вернул кое-что из утраченного. Я сделал многое, чтобы у Императрицы не осталось сомнений в моем смирении, – голос Янга сделался тише. – Но я не забыл.

– Тем более я ценю все, что вы сделали для нас, адмирал Янг, – заверил Эверил Кан. – Я понимаю, какой опасности вы подвергали себя все эти годы.

«Н-да, воистину у Гелоры талант! – не без восхищения прокомментировал он в собственных мыслях. – Теллар Вейн, а теперь еще и Янг. Делис похожа на золотого скорпиона с Альдезии – всегда находит самое слабое место, куда можно загнать ядовитое жало».

– Вам возвратят все, что забрала Теодора, – сказал он. – И прежде всего, ваше родовое имя. Из какой вы семьи, адмирал?

– Я был сыном графа Бериоля, герцог Эверил, – Янг говорил тем же голосом – негромким, невыразительным и очень холодным.

– Графа Ригмана Бериоля? – долгие и нудные уроки на Альдезии, которые сын Великого Герцога в детстве ненавидел всей душой, оказались кстати. – Я знаю про судьбу графа Бериоля. До переворота Теодоры он был командором в Преторианском флоте, не так ли?

– Да, – Янг слегка поклонился. Трудно было сказать, польстило ли ему, что герцог Кан помнит его семью.

– Его казнили по приказу Теодоры Аргенис, – Эверил изобразил подобающее случаю сочувствие – искреннее, но не избыточное. – Как и двоих его сыновей. Значит, ваше истинное имя – Элан Бериоль?

Адмирал снова склонил голову.

– Тогда отныне вы – Элан, граф Бериоль, – с толикой напыщенности произнес Эверил. – Этот титул ваш по праву, и он останется вашим.

Но он понимал, что этого будет недостаточно Янгу. Годы унижений не могут быть забыты так легко, и смерти Теодоры и ее сына не хватит для того, чтобы граф насытился местью. Тем более что к гибели Императрицы и кронпринца Каны не были причастны. Это сделала Дамира Адарис. Янг не питал личной вражды к Дамире, но продолжал работать на секретную службу Ассамблеи Династий, потому что у него не оставалось выбора. И теперь ему мало будет просто дворянского титула, чинов и состояния. Несомненно, список людей, которых граф ненавидел, не исчерпывается Теодорой и Келионом. Надзиратель еще возжаждет крови.

Ну, что же – почему бы нет? В любом случае, после того, как отец станет Императором Астрены, полетят головы. Элан Бериоль – не единственный, у кого есть счеты к лоялистам, да и неразумно оставлять в живых влиятельных соперников. Наконец, дворяне, принявшие сторону Канов, ожидают получить достойную награду после победы, а значит, нужно будет создавать, хм… вакантные титулы и придворные должности. Если граф захочет крови, он ее, безусловно, получит в достатке. Но это пока еще вопрос будущего.

Словно откликаясь на мысли герцога, браслет на его запястье тонко пискнул. Эверил поднял руку и прочел краткую надпись, которая появилась на маленьком световом экране.

– Прошу меня простить, господа, – сказал он. – Возникли кое-какие дела на «Песни Войны», которые я должен обсудить с капитаном Сольвисом.

– Разумеется, герцог Эверил! – слащаво улыбнулся Реган Стайгер. – Могу я узнать, нет ли у вас новых распоряжений для меня?

– Нет, маркиз, не сейчас. Я вполне полагаюсь на вас и уверен, что вы знаете, что делать. Как и вы, граф. Сейчас я вынужден вас оставить. Я буду в личных апартаментах.

Эверил покинул прозрачную галерею и спустился на один из нижних ярусов дворца, где он занял покои, которые очень давно – еще до Гайтона Третьего – принадлежали одному из принцев. На императорские апартаменты младший герцог Кан, разумеется, не претендовал, но поселиться в жилище кронпринца выглядело разумным. Это дало понять всем и каждому, что семья Канов обосновалась во дворце всерьез и надолго.

Стражники в полном боевом облачении отсалютовали и расступились.

– Все готово, господин вице-адмирал, – доложил один из двоих, рослый усатый детина с сержантскими бронзовыми мечами и звездами на нагрудной пластине доспехов.

– Хорошо, Гилен, – кивнул Эверил. – Меня никто не должен беспокоить.