Читаем Империя полностью

– Я хотел бы ошибаться, но что-то мне подсказывает: этот парень еще покажет свою змеиную натуру. А насчет того, что ему оказали почести в Риме, так поверь мне, если бы я был на его месте, то освободителем своего народа я бы хотел прославиться гораздо больше, нежели получить подачку со стола врага. Ладно. Пустой разговор. Наше дело малое. Ну, что там с мясом? Запах прекрасный, да и вид зажаренной корочки тоже, по-моему, говорит сам за себя.

– Да, кабан поспел, – проговорил воин, срезая дымящийся кусок жареного мяса с вертела и передавая его центуриону.

– Чудный сегодня денек, даже несмотря на эту гадкую погоду. Что еще нужно воину для полного счастья?

– Ну, бабу бы не помешало! – тут же ответил Ливерий, оттяпывая шмат от кабана. После этих слов все, кто находился у костра, рассмеялись. Затем поднялся Корнелий и, держа свою чашу в руках, произнес:

– За императора Августа! За нас! За наш девятнадцатый легион!

После этого все поднялись и повторили тост. Но как только он прозвучал, сзади послышалось фырканье лошади, и чей-то голос монотонно произнес:

– Центурион девятнадцатого легиона Гай Корнелий Август кто будет из вас?

Стоящие под навесом резко обернулись, некоторые схватились за оружие, так как никто не мог понять, как всадник так неожиданно оказался рядом с ними и почему его никто не смог заметить и услышать еще на подходе. Но Корнелий жестом руки успокоил своих солдат и, выйдя вперед и прищурив один глаз, спросил:

– И кому я потребовался?

Перед ним находился всадник в темном военном плаще на черном, как ночь, коне. Его лицо скрывал капюшон, с которого мелкими каплями стекала дождевая вода. Конь фыркал и, переступая с ноги на ногу, чавкал копытами в размокшей земле.

– Так кому я нужен? – повторил свой вопрос Корнелий.

Конь всадника поднялся на дыбы и громко заржал, но наездник одернул поводья и, усмирив скакуна, произнес:

– Меня зовут Сципион. Я послан своим хозяином, дабы увидеться с наместником провинции Публием Квинтилием Варом. Мне известно, что вы отвечаете за здешние гарнизоны, а потому прошу вас провести меня до места встречи. Сами понимаете: обстановка неспокойная, и гонцу не стоит бродить по ночному лесу в одиночку.

– Вы правы, здесь не безопасно. Но почему вас послали без сопровождения и не сообщили мне о вашем прибытии?

– Я всегда передвигаюсь один: так легче не выделяться и скрыться в случае чего. А вас не предупредили потому, что мое донесение очень важно и никто не должен знать о моем прибытии до того момента, пока я не найду вас, – Сципион вытащил из-за пазухи свернутый папирус с императорской печатью и протянул его центуриону.

Развернув его, Корнелий вдумчиво и медленно прочитал послание, после чего вернул его гонцу. Он тут же сделал жест приветствия и, молча зайдя под навес, задумчиво остановился. Потом быстро надел шлем и произнес:

– Ливерий, Кристиан, берите оружие и следуйте за мной! Аврелий, возьми еще пятерых с заставы у реки – встретитесь с нами у большой горы. Нужно провести этого человека в резиденцию Квинтилия Вара в целости и сохранности.

– Ну вот, пожрали вкусного кабанчика, – поправляя пояс и беря оружие, чуть слышно пробормотал Ливерий. – Ладно, мужики, не скучайте. Мы скоро. Оставьте хоть косточки обглодать, – продолжил он, выходя из-под навеса, где уже вовсю лил дождь. Посмотрев вверх, он недовольно вздохнул, так как не увидел ничего, кроме густого черного неба и проливного дождя, который окатывал его холодным потоком. Оставшиеся у костра провожали уходящих воинов взглядом, пока те не скрылись в темноте ночного леса. Затем они подкинули дров в огонь и принялись снова обсуждать свою нелегкую солдатскую жизнь.

Уже поздней ночью солдаты во главе с центурионом оказались у резиденции наместника. Когда они подошли к воротам, из-за которых доносились звуки веселья, путь им преградила стража.

– Стой! Чего надобно? Кто такие?

– Центурион девятнадцатого легиона Гай Корнелий Август! Сопровождаю гонца со срочным донесением наместнику Германии Публию Квинтилию Вару!

Воины Корнелия остановились, а он сам подвел за уздцы коня гонца поближе, чтобы посланник вручил грамоту стражнику. Прочитав ее, караульный скомандовал:

– Впустить! – и жестом головы показал, что прибывшие могут пройти внутрь.