Читаем Империя полностью

Я скоро сам одичаю и превращусь в такого же дикаря, измазанного краской и поклоняющегося своим умалишенным друидам. Мне рассказывали, что их жрецы приносят людей в жертву, дабы склонить богов на свою сторону. Говорят, что они не щадят никого: ни детей, ни женщин, и что пьют человеческую кровь и получают от этого наслаждение, которое приводит их в бешенство и дает им огромную нечеловеческую силу.

– Не преувеличивай! – послышался чей-то голос. Пригибаясь под навесом, к костру подошел человек в форме центуриона римского легиона. Солдаты, сидевшие в кругу, быстро встали и сделали жест приветствия.

– Не стоит, здесь все свои, – сняв шлем и повесив его на крючок, продолжил центурион. Я гляжу, у вас хорошая добыча – неплохой вас сегодня ждет ужин. Запах стоит такой, что скоро сюда приползут все караулы, – усмехнулся он.

– Вина, Корнелий?

– Не откажусь, – принимая чашу и усаживаясь поудобнее у костра, ответил центурион. – Так кто отличился на этот раз? Неужели вас снова кормит лук Ливерия?

– Так точно, Корнелий. Если бы не я, эта свора жалких головорезов уже бы подохла с голоду. Они настолько ожирели, ничего не делая в этих лесах, что стали похожи на женщин! – рассмеявшись, отрапортовал Ливерий.

– Ой-ой-ой! Кормилец, пока мы выгоняли на тебя этого кабана, ты прятался в кустах, а мы полдня топтались по этим мерзким лесам.

– Так я же про то и твержу. Как говорится, кто на что учился. Кому-то стрелять, – поглаживая рукой тетиву, ответил Ливерий, – а кому-то топтать грязь, как тебе! Я же не виноват, что у тебя руки не под то заточены!

Солдаты рассмеялись, а Ливерий, подмигнув глазом собеседнику, дал понять, чтобы тот не обижался.

– Корнелий, а ты как думаешь, друиды существуют?

– Ну, раз про них знают, значит, стало быть, существуют. Только преувеличений не надо, а то станете германцев бояться еще больше, чем сейчас. А на счет того, что они безжалостны к своим врагам, так мы тоже добротой-то не славимся. Тем более, за что они нас жалеть будут? Не они к нам пришли, а мы к ним.

– Ты хочешь сказать, что мы тут попросту теряем время? Гнием в этих лесах ни за что?

– Я ничего не хочу сказать. Раз мы здесь, значит, так надо. Империи нужны земли, и этим все сказано. Единственное, что меня тревожит, так это то, что вместо Тиберия наместником сюда назначили Вара. Его действия не приведут ни к чему хорошему. Он думает, что поставит германцев на колени так же, как склонил народ в Африке и Сирии. Но нет, здесь все будет иначе. Эти варвары не так просты, как кажется. Чует мое сердце: случится что-то неладное…

– Да брось! У нас здесь три имперских легиона. Да что эти дикари могут сделать? Закидать нас камнями?

– Не стоит недооценивать врага, мой друг! Тем более Корнелий редко ошибается, – сурово сведя брови, ответил Кристиан.

За Рейном администрация императора Августа обустраивала управление новой провинцией – Германией. Очередная область Римской империи была создана на землях, отвоеванных у германских племен. Управлял регионом римский наместник Публий Квинтилий Вар. Этот человек явно не церемонился с местным населением, считая коренных жителей дикарями, которых нужно, словно животных, выдрессировать и обучить – обучить римскому праву. Как ему казалось, единственно верному. Наместник Вар открыто потворствовал произволу римских чиновников, насаждал повсюду судебные разбирательства и судил германцев по своим законам. Опираясь на три легиона, стоящих в Германии, он возомнил себя богом.

– Да с чего ты решил, что местные племена готовят восстание? Даже если и так, то их вожди никогда не смогут противостоять нам! – сплевывая в сторону, проговорил солдат.

– Я не решил, я просто делаю выводы из того, что вижу и слышу. Вар слишком легко верит тем, кого сам же и принижает. Он думает, если вождям дать римское гражданство и привилегии, то они станут покорными. Только вопрос в том, зачем им наше гражданство, если они и так свободны на своей земле? Вот для чего он приблизил этого молокососа Арминия к себе? Тот постоянно требует у Вара отряды для усмирения населения.

– Ну, ведь если не усмирять местных, они смогут объединиться, и тогда их будет гораздо тяжелее подавить, не так ли? – подойдя поближе к Корнелию, проговорил Кристиан.

– Да, ты прав. Болезнь лучше лечить на ранних стадиях, чем запустить до летального исхода. Но неужели требуется столько отрядов для усмирения? Сам посуди: разводя войска по уголкам провинции, он ослабляет нас. И если что-то случится, то в его распоряжении останутся только основные силы, а вспомогательные отряды не успеют подоспеть вовремя, поскольку этот «малыш» раскидал их по всей Германии.

– Но, Корнелий! Он же воевал на нашей стороне, и сам император причислил его к сословию всадников. Что же ты думаешь, он будет убивать своих, чтобы потом спасти их? По-моему, это бред. Тем более, я видел его в деле: он храбрый воин.