— Человек неси еще выпить и закусить. Гулять сегодня будем, а завтра делом займемся. Где тут бутылка, куда щепку без рук засунуть. Вот же удумали, но смешно выходит. Надо и дома такое устроить, пусть все поржут. Но сначала давайте выпьем, Khahay (семья). Хорош вышел Goraz/Gemez (смесь пива и самогона), до слез прошибает.

И мы продолжили гулянку. Есть время для веселья — веселись, кто ведает, как оно завтра выйдет.

Глава 21

В игре да в дороге людей узнают

Громадный булыжник треснул и развалился на части. В воздух взметнулось облачко пыли от упавших частей, в стороны разлетелись каменное крошево.

— Ну и что ты сделал? Я же сказал сдвинуть, а ты расколол его, — обратился ко мне Буян. Ранее он дал мне задание сдвинуть каменюку тоненьким прутиком.

Сначала я придал пруту каменную твердость, но это не принесло результата, так как масса глыбы была приличная. Тогда я стал искать в ней «слабости», в одну из таких микротрещин я и вбил прут, что и привело к расколу камня.

— Я не смог его сдвинуть, научи, что надо было сделать. Как бы ты сам его сдвинул? — оправдывался я перед учителем.

— А никак, я бы не смог и сам его сдвинуть, — ответил волхв.

— Так в чем смысл урока? — теперь я не сомневался, что это очередное задание, которое закончится притчей или мудрой мыслью…

… К Буяну мы вышли, как только взошло солнце. Женская половина отряда вылезла из кроватей и даже умудрилась умыться. Мужская стала собираться в путь прямо за столом. Сейчас я проклинал такую достоверность виртуальной реальности. Утро подарило вкус похмелья и головную боль. Трещало так, что казалось, это слышали окружающие.

— Аааа. НАРВИ! Что за отраву мы вчера пили? — попытался прокричать я, но вышел только горловой сип. Интересно, а в Древней Грамоте есть букова для такого звука?

— Хорошая была выпивка, аж нутро вывернуть желает, — ответил стоном дварф, видно и ему обильные излияния не прошли даром. — На, хлебни. Сейчас сия отрава лекарством покажется. И в качестве примера приложился к горлышку кувшина. Его кадык мерно двигался, проталкивая жидкость внутрь.

Я благоразумно отказался. Мое здоровье слегка подправила Айка, спустившаяся вниз, применив на мне заклинание противоядия и лечения. Однако заговор подействовал только на половину. Видимо, не признав добровольно влитый алкоголь отравой. Полегчало, но вчера до пьянки было лучше.

Всю дорогу до Дремучего леса я пытался молчать, морщась на резкие или громкие слова, которые эпизодически издавали Нарви, Митрич и Валька.

— Чудная ты Чудь, — наседала на дварфа Валька. — Говорят у вас и женщины с бородой, а кто-то утверждает, что их вообще нет.

— Бороды или баб? Не пойму я тебя с тяжелой головы, — пролаял Нарви.

— Женщин, конечно. Сама читала, что у гномов нет дам…

— Читала она. И кто это такой умный чернилами бумагу марает, умник. А скажи-ка мне, Athanu men (моя королева), где мне его найти, чтобы на голову короче сделать. Это же надо придумать? По его выходит мы из дерьма растем?

— Из камня, — вставил Митрич. — Я тоже такое слыхал.

— Отведите такого мудреца к лекарю или золотарю. Первый пусть попробует голову полечить, а второй вантузом мозги прочистит. Из камня можно скульптуру родить, но не живое существо. А бороды только мужы носят, у детей и баб их отродясь не было. Враки все то, что вы мне тут говорите.

— А, правда говорят, что у дварфа зимой снега не выпросишь? Что жадные вы сильно, — не унималась Валька.

— Снега зимой? А зачем его просить, когда он везде лежит? А про жадность не правда. Мы и подарки дарим, бывает. Даром отдаем, то есть. Хотя подарки получать приятней, по себе знаю. А что торговаться любим, это да. А как без этого? Продажа и покупка — это не просто торговая сделка, а, прежде всего, общение. Мы за хорошее приобретение порой часами торгуемся.

— А что все даром раздавать, по дешевке, — вписался в разговор Митрич. — Вам волю дай, вы все деньги на одежку модную да духи вонючие спустите. А что проку с тех вонявок, в нос шибает только. Приятно конечно пахнет, но пустое все это. А губы и брови красить? Тьфу, да и только. А все денег стоит, которые с умом тратить надобно.

— А тебе дай волю, ты вообще все копейки запрячешь так, что и сам потом не найдешь, — переключилась наша заноза на домового. Валька просто убивала скуку в пути, поэтому ей было все равно, кого цеплять.

— Я-то найду. Не было еще такого, чтобы зарытый тобой клад не сыскать опосля. Зря напраслину гонишь. Но деньги счет любют, из кошелька доставать умеют все, а вот покласть их туда не каждый могет. Я вот слыхал, что у Дивьего народа есть такие учреждения, в которые деньги положишь, а обратно забираешь сумму больше. Думаю, враки все это. Какой резон брать 100 монет, а возвращать 101- ну? Убытки же…