— Но чтобы пойти на убийство, кто бы подумал, что на такое решится. Мы с Рояном запустили мульку, что придет большая партия эксклюзива, и стоит она бешеные бабки. Решили, если жадность сгубила фраера, то он точно на это поведется. Поэтому и отправили ему в посылке «куклу». — При этих словах, Отвертка шепнул над посылкой, та открылась, высыпав содержимое на пол, которое было безжалостно раздавлено каблуком. — А тут вы так удачно подвернулись с просьбой об отмычке, вот и решил убить двух зайцев. Не-не-не — это я фигурально так выразился, вас в виду не имел. Знаю, что вас убить реальной смертью нельзя, поэтому риск был минимальным. Но отправь я кого из своих… Эх Скрудв, Скрудв, все тебе мало было, семь раз кушать хотел, в два костюма сразу одеваться… Ну да ладно, Велес тебе судья. О чем это я? Так вот, решили значиттца два водном флаконе получить, а чтобы вы случаем или взглядом не проговорились, сыграли вас в темную, не обессудьте. За это и получите свою универсальную отмычку — бесплатно, то есть, даром.

— А, куда яблоки молодильные???

— Оставьте их себе. Или продайте мне. Куплю за хорошую цену, не обижу. Могу и на обмен что предложить. Тут вам решать.

— Скажу прямо, Отвертка. Не понравилось мне, что нас сыграли в темную, как фраеров.

— Понимаю, а кому бы понравилось? Но бизнес, есть бизнес. И это, считайте себя участниками промышленными шпионами. Будет не так обидно.

Сволочь он конечно, но хоть искренняя, в глаза не улыбается. А что дело свое делает, наплевав на всех, так за то его корить не стоит. Кто мы ему? Ни родственники, ни друзья, ни приятели. И даже не партнеры. У каждого свои интересы, свои понятия. Будем плясать от этого. А яблочки нам и самим пригодятся. Мало ли для чего. Вон Митричу отдам, тому в хозяйстве точно сгодятся — сварит на всех компот молодильный.

Глава 19

Домом жить — обо всем тужить

Друзья встретили нас радостно. Но не особо. Такое ощущение, что мы не за тридевять земель сгоняли, а в соседнем трактире побывали. Общее настроение фразами выразил Один:

— О, Ив вернулся, привет! И тебе Валька тоже. Как съездили, все норм? — и не дожидаясь ответа, проследовал по своим делам.

Примерно также поступили и другие. Колояр протянул руку и пожал мою. Спрашивать ничего не стал. Айка мило улыбнулась Вальке, чмокнула меня в щеку, сказала, что рада снова нас видеть и ВСЕ!!! Даже Митрич высунул с чердака мордашку, убедился, что мы здесь и живые, кивнул и… исчез.

Сказать, что я оказался в афиге, не выразить ничего. Валька, до этого сияющая, как новый золотой, сейчас стояла с открытым от удивления ртом, меняя облик на грозовую тучу.

— Ты понимаешь что-нибудь? — спросил я Вальку.

— Не особо, а ты? Вижу, что тоже нет.

Говорить хотелось словами товарища Саахова: «Слушай, обидно, клянусь, обидно…». Мы тут такого натворили, столько дел сделали, яблоки молодильные добыли, а им пофиг. Очень хотелось устроить всеобщее партсобрание на тему: «Равнодушие, как элемент социальной дисфункции. Причины возникновения и пути выхода из него».

Я догнал Одина на улице и тормознул:

— Случилось что?

— Да ничего такого… вроде. Все хорошо, вот качаемся, растем над собой. А почему такой вопрос? — ответил приятель.

— Почему??? Так мы это, мы того самого, да мы вообще, а вы…

— А!!! Так бы сразу и сказал, а то понять не могу, про что ты.

— Не издевайся. Не такой прием-встречу мы ожидали, думали, что хоть расспросите, поинтересуетесь о наших делах.

— Ну прости, красную ковровую дорожку не купили, оркестр не заказали. А что ты хотел? Ты сам не особо делишься с нами информацией. Вспомни, когда я хотел узнать, куда вы направляетесь, что ты мне сказал? Типа по делам, потом расскажешь. Вот и не лезет народ в душу, раз там тайны страшные. Боимся, что снова напоремся на что-то этакое.

— Ты боишься? Не смеши.

— Не боюсь, но нарываться на указание, что лезу не в свое дело, не сильно охото. Ты не сердись, но так и выходит.

— Ладно уяснил, сильно спешишь, найдешь минутку?

— Есть дела, но не срочные. А что надо?

— Уши свободные твои, пошли назад.

В таверне я собрал свой отряд, извинился за скрытность, спешку и недоверие, которого не было изначально, «но вам могло показаться». После того, как отрядовцы «оттаяли», мы с Валькой рассказали про свой поход в красках, подробностях и эмоциях. Сейчас нас слушали внимательно, сопереживая и отвечая дружным смехом на шутки, которыми мы приправляли основное блюдо, задавали вопросы по теме и без. Напряжение спало, но для себя я сделал зарубку на будущее. Лекцию нужно было читать мне, мою спешку приняли за недоверие, а это не есть гуд.