— Хочу, чтобы все эти проклятые Артификсы сдохли! А еще я хочу бутылку виски, горячую ванну и девушку, которая побреет мне шею.

Первый Исполнитель мрачно смотрел на Странника. Ему ничего не стоило исполнить желание каждого из этих людей, но он делал это против собственной воли.

— Кажется, мне удалось, — сказал Странник и почувствовал, что в лицо ему веет неизвестно откуда взявшийся влажный ветер. На пол, выложенный керамической плиткой, упало несколько желтых листьев.

— Но ведь они могут разрушить весь мир своими неконтролируемыми желаниями! — воскликнул Исполнитель. — Все полетит к черту, само мироздание рухнет!

— Ну, я думаю, ты сумеешь удержать систему в равновесии, — заметил Странник. — А мне пора.

— Ты не можешь так все бросить! — закричал Исполнитель. — Ты взялся управлять миром — значит, ты должен нести за это ответственность! Если у тебя есть хоть капля совести, ты не можешь просто так уйти!

— Могу, — твердо ответил Странник. — Потому что не я, а ты в ответе за этот мир. Я лишь сделал его чуточку более справедливым, чем он был. Чуточку более хаотичным и непредсказуемым. Каким и должен быть настоящий живой человеческий мир. Прощай.

— ...Хочу, чтобы Первый Исполнитель дал пинка самому себе...

Ветер набросал на пол комнаты целую охапку опавших листьев, но Странника в комнате уже не было — только Исполнитель, подобно доброму джинну, исполняющий желания людей.

Впоследствии люди прозвали его любя Большим Братишкой.

Folder V

C:\Recycle Bin\Ha днекорзины

\Swampland

• Open file 'swamp.land'

• System warning 128: memento mori!

• Swampingselectedfile'

Зима исходила в свои последние дни облаками белой пыли, вьющимися между слепыми колоннами высоток, как мотыльки у ног гигантского животного, тушу которого скрывал туман нависшего неба. Порывистый ветер короткими толчками неумелого любовника засыпал за отвороты куртки пригоршни снежной крупы, вплетал снежинки в волосы, словно пупырышки искрошившегося пенопласта, и ворошил похожие на кучи жеваной бумаги сугробы возле стен. Я вышел из дома и сразу же зарылся носом в воротник, прищурившись навстречу колючей метели.

Каждый новый день приносил новые разочарования. Вчера я промахнулся с одеждой, сумев и замерзнуть утром, и перегреться днем, когда начало припекать почти весеннее солнце. Сегодня тоже еще неизвестно, что будет после полудня, — обвивающая ноги поземка вполне может превратиться в тающую на солнце кашу. Хорошо, что мне не придется открывать Америку во время похода на рынок, — премудрость хождения за покупками я освоил на прошлой неделе, потратив на это почти целый день.

Раньше достаточно было зайти в один из многих автоматизированных магазинов, опустить карточку в прорезь и выбрать товары из электронного каталога. Теперь же эта простая операция превратилась в эпопею с получением купюр в банкомате, пинском именно той лавки, где продается то, что тебе необходимо, спором с ленивыми и недружелюбными продавцами, у которых никогда не бывает сдачи, товара подходящего размера и хорошего наст роения, и много чем еще.

Первый день магазинной эпопеи меня просто вымотал, но я все-таки купил новые джинсы — предыдущие протерлись до ниток на внутренних частях бедер из-за злоупотребления спуском на «лифте». Еще мне требовались в большом количестве носки — они постоянно рвались, чему виной были плохие ботинки. Но купить хорошую обувь оказалось просто невозможно — первая купленная пара была до того ужасной, что ее пришлось выкинуть на следующий же день, вторая болталась на ноге, натирала кожу и рвала носки, но это оказалось лучшее из того, что я смог найти. По крайней мере, они не промокали и в них не мерзли пальцы; я наконец-то избавился от насморка.

Сегодня мне предстояло купить продукты. За этим быстропотребляемым товаром приходилось ходить через два дня на третий, что меня жутко раздражало; я все пытался запастись впрок, но открылся парадокс: чем больше еды покупаешь, тем быстрее она кончается. Прожить достаточно долго можно лишь на макаронах и листовом чае; такая диета, несомненно, способствует выработке аскетизма в характере, но удручающе однообразна.

Плохому настроению способствовал и недостаток сна. Нынче ночью соседи забыли о смене времени суток: один что-то пилил и стучал молотком, второй включил музыку во всю дурь, третий устроил вечеринку с танцами, отчего у меня с потолка сыпалась штукатурка. Еще один любитель ночных прогулок сорок минут прогревал машину у меня под окнами, периодически газуя до максимальных оборотов; после того как он уехал, остался просочившийся сквозь закрытую форточку устойчивый запах выхлопных газов.