Читаем Игры Масок полностью

«Чувствую, мне предстоит получить втык, – с удивлением констатировал Алекс. – А ведь он почти никогда нас не ругал, даже в детстве. И критиковал обычно очень осторожно, не давая прямых советов и указаний, позволяя ученикам самим находить свои ошибки».

Тон ответа Сенсеича заставил Данилу почувствовать себя лишним, но сдаваться он явно не собирался – любопытство есть любопытство.

– Все эти клубы… Чем они вообще занимаются? Почему никто не слышал о них?

– Ничего себе, один вопрос, – хмыкнул Сенсеич. – Ладно, сделаю вам короткий экскурс в историю Рейтинга. Предупреждая ваш вопрос, Рейтинг – это то, ради чего и существуют клубы. Список сильнейших. Лучше клубы, искуснейшие бойцы, использующие самые разные техники, пришедшие из далекого прошлого и разработанные в настоящем.

– Рейтинг? – переспросил Алекс.

Где-то он уже слышал это слово, сказанное именно с такой интонацией… Да, «рептилоид» же спрашивал у Сенсеича, есть ли он в Рейтинге. Но это уже не первое упоминание, точно не первое.

– Да, мы называем это именно так. В каждой стране ведется собственный Рейтинг, а сильнейшие бойцы встречаются в битвах за Мировой Рейтинг. В каждом действительно крупном городе открыто хотя бы несколько клубов, и все они постоянно ведут борьбу за звание лучшего.

– Дерутся? – уточнил Данила.

– Проводят бои.

– Насмерть?

– Когда как, – уклончиво ответил Сенсеич.

Алекс щелкнул пальцами, наконец вспомнив, где еще слышал упоминание о Рейтинге.

– А все эти клубы такие же секретные, как наш, или в Рейтинге все же есть и обычные школы восточных боевых искусств?

– Скажем так, в каждом клубе есть дочерние школы боевых искусств, в которых отбираются самые лучшие ученики для последующего присоединения к клубам и участия в Рейтинге.

– Я так и думал! – обрадовался Алекс.

«Этот гад из „Стального Кулака“ не мог так просто меня завалить. Ну а если он в Рейтинге, как и рептилоиды, то все не так уж плохо! Ведь не зря же друг отца спросил у меня об этом самом Рейтинге».

– Чувствую, ты еще многое не рассказал, – заметил Сенсеич и серьезно посмотрел на Костю и Данилу. – Так, ребята, вам действительно пора домой, разговор о Рейтинге мы продолжим завтра на тренировке. Там же я вас с ним и ознакомлю.

– Ла-адно, – протянул Данила. – Я послушно удаляюсь…

– Да, пойдем отсыпаться, – присоединился к нему Костя. – Мы свое дело сделали, Леху спасли. Теперь можно и поспать.

Алекс успел рассказать историю похода в школу боевых искусств друга отца еще до того, как Данила и Костя скрылись за углом. Сенсеич никак не прокомментировал его проигрыш, зато довольно нелестно отозвался об избиении ни в чем не повинных учеников.

– Ты думаешь, я для этого тебя учил боевым искусствам? – тихо поинтересовался он.

– Нет, конечно, – понуро ответил Алекс. – Я просто… дал волю злости, ведь это часть моей второй личности.

– Да, вот об этом я с тобой и хотел поговорить.

– Вы прочитали мои записи? – с замиранием сердца спросил Алекс.

– Конечно, прочитал, куда ж деваться-то? – вздохнул Сенсеич.

– И?.. – нетерпеливо спросил Алекс.

Увы, учитель не оправдал его ожиданий.

– То, что ты пытаешься с собой сделать… В этом есть что-то интересное, но вот реализовано все очень глупо.

– Да? – опешил Алекс.

– Давай посмотрим на это со стороны. Ты пытаешься выкинуть из себя все то, что кажется тебе лишним в другую личность. Так?

– Нет, я…

– Будь честен с собой. Это не разделение личностей, а всего лишь попытка избавиться от того, что ты считаешь слабостями характера.

После долгой паузы Алекс неуверенно кивнул.

Ну, он как бы изначально сделал из себя что-то вроде суперанимала в классификации Поршнева и Диденко.[34] Эти ребята условно поделили человечество на потомков четырех видов – двух хищных и двух не хищных. Хищники делились на суперанималов – злобных существ, подавляющих волю окружающих и суггесторов – хищников-приспособленцев. Вот наиболее близкий к своему животному началу суперанимал и был целью Алекса. Увы, пока получалось не очень хорошо.

– Должен признать, ты достаточно эффективно использовал методики самогипноза для подавления эмоций. Вот только это разрушает личность и расшатывает психику.

– Я помню, – вздохнул Алекс. – Энергия эмоций должна направляться наружу и не удерживаться внутри. Необходимо выражать эмоции во всей их полноте, чтобы потом они исчезли без следа. Именно поэтому я и избил тех учеников…

Сенсеич поморщился.

– Этот не лучший вариант выхода эмоций. Конечно, ты молодец, что изучаешь все это… но ты же понимаешь, что и дома, и в институте, и с друзьями, ты ведешь себя наигранно. Это все не ты.

– Ну, я бы так не сказал, – не согласился Алекс. – Человека постоянно разрывают на части желания, в один и тот же момент ему хочется поступать совершенно по-разному…

– И именно из выбора и состоит человек, – перебил его Сенсеич. – Драться или убежать, признаться в любви или промолчать.

«Это-то он откуда знает?!» – удивился Алекс.