Он мог многое дать. Единственное, что он хотел, чтобы на него не давили, чтобы не пытались переделать. Он прекрасно понимал, что несовершенен. Ему нужен был тот, кто не побоится полететь следом, полететь рядом. Только такому человеку он бы показал свои просторы, отдал бы весь космос. Но почему-то люди боятся и высоты, и глубины. А на меньшее он не согласился бы. Поэтому и был одинок. Даже тогда, когда жил с кем-то, спал с кем-то и просто веселился. А еще он ненавидел ложь и манипулирование. Объяснить и понять можно все. Зачем нужны эти маски? Тем более что прекрасно видно – это маска.
Еще спустя день он зашел в свой блог. Почти пять тысяч просмотров… Вопрос, кто же эти люди, оставался открытым. Он больше не притворялся, что не понимает, читает ли она это. Он больше не думал о своих читателях. Писал ей напрямую. Просил у нее прощения за свой визит, за то, что так грубо вломился. Ему действительно было стыдно. В ответ на своей странице она ответила, что во всем виновата луна. Да, в ту ночь, когда они последний раз были вместе, если это можно так назвать, было полнолуние. Но это утверждение его несколько ошарашило. При чем здесь луна?!
Он написал, что проведет отпуск, который будет уже через неделю, в Питере. Будет каждый вечер на четыре часа приходить на Финский залив на то место, где они когда-то вместе сидели, и если она когда-нибудь созреет, то сможет найти его. А если нет, то он точно найдет, чем заняться в отпуске.
Наконец-то он посмотрел фильм «Реквием по мечте». Он очень давно хотел его посмотреть, в его плей-листе были все саундтреки из этого фильма. Но на сам фильм все время не находилось времени. Почему-то ему было очень стыдно признать, что он не смотрел этот фильм. Он боялся, что другие будут подтрунивать и считать его лохом. Люди любят мерить других исключительно рамками своего опыта.
Вдруг он понял, что многие боятся к нему подойти, потому что он выглядит слишком колючим. А он не мог объяснить, что на самом деле колючки бутафорские, и он их не использует. Больше всего на свете он ценил тех, кто мог рискнуть и подойти ближе. Тот человек четко понимал, что колючки лишь иллюзия.
Лег спать. Ему опять не спалось. Мысли бешено вертелись, но теперь с точностью до наоборот. Он понял, что она никогда не позвонит, не напишет, не придет. Единственное, на что она способна, – молчаливый унизительный игнор, заставляющий чувствовать себя полным кретином. Это делалось лишь для того, чтобы возвыситься над человеком, давая понять другим, что они недостойное ничтожество, она ловила кайф, чувствовала преимущество.. Он увидел сильного, могущественного тролля. Тролля, не способного на настоящие эмоции. Единственное, на что способен тролль, – вызывать эмоции у других, чтобы питаться ими, пожирать, пытаясь так заглушить пустоту внутри. Жуткую черную дыру. Внутри она была всего лишь пустышкой. Тролль может быть преуспевающим в профессии, вообще довольно популярным. Но эта пугающая внутренняя пустота выдает его с потрохами. Вот только разглядеть ее очень сложно. Она покрыта слоем чужих мыслей, чувств, эмоций. Он не сможет ее спасти. Ведь любые попытки спасения были бы равны продолжению игры, а значит, стали бы очередным кормом для тролля. Его не хватит, чтобы заполнить эту дыру, никого не хватит, не хватит даже всего человечества. Надо было как можно быстрее вырываться из этой паутины, бежать сломя голову и никогда не оборачиваться. Это был единственный путь к спасению. К спасению себя, ведь ей помочь просто невозможно. Теперь он четко видел разницу между помочь и позволить на себе паразитировать. От паразитов надо избавляться. Они не дают ничего. Да, он понимал: при избавлении от этого паразита не избежать жесткой интоксикации. Возможно, эта интоксикация даже убьет его. Но по-другому у него вообще шансов не было.
Он встал, включил компьютер и удалил запись о намерении провести отпуск в Питере. Так, одну ниточку удалось порвать. Но сколько их еще? Где гарантия, что он выдержит и больше не поведется на эти уловки, что больше не станет кормить тролля? Он и сам не мог дать этой гарантии.
Утро. Стандартное рабочее утро. Он не удержался, решил еще раз поговорить с ней.