Читаем Игра в ОГОГО полностью

Ладо-до: Не вижу связи.

Полог палатки откинулся, и в нее просунула голову Росянка, девушка из переселенцев.

— Яника здесь нет? — спросила она, румяная и веселая.

— Нет, — ответила Марго, всем своим видом показывая, что старается сдержать свою неприязнь под маской холодной вежливости, и что ей это не очень удается.

— Жаль, — хихикнула Росянка. — Я его хотела забрать на южную окраину, в парк. Там сейчас столько бутылок после концерта…

— Придется идти одной, — сказала Марго, не меняя тона.

— Да, придется, — согласилась Росянка. — А вообще-то, Перст с ними, с бутылками. Сегодня, кажется, в городе всюду митинги намечаются. Какое сегодня число?.. Ах, ну да, вы же… Хотите пойти? Я пойду, интересно. А вы сидите тут, чай пейте. А там история творится. А вы чай пьете. Сегодня — и пьете чай! С вами не соскучишься. — Росянка хитро улыбнулась. — Ни Перста они не понимают.

— Послушай, дорогая, — не выдержал Серго. — Ты тут не выражайся!

— Ни Перста ни понимаете! — нарочно повторила Росянка и ушла.

— Ненавижу ее, — сказала Марго.

— Хочешь, еще чаю налью? — предложил Ладо-до, с опаской вглядываясь в каменное лицо Марго.

— И ее ненавижу, и ее жаргон этот переселенский, — продолжала Марго. — И рожу ее розовую, стервозную.

— Узнать бы, что это за Перст такой, — проговорил задумчиво Серго-го. — Чего они все время Перстом ругаются? Эвфемизм, наверное…

— Марго, ты чаю хочешь? — снова спросил Ладо.

— Нет… Да… Хочу. — решила Марго.

— Зря ты тратишь свои эмоциональные ресурсы на Яника, — сказал Ладо, подливая кипяток в заварку. — Он слабохарактерный, а Росянке только того и надо.

Прежде чем Марго придумала, что ему ответить, в палатку влетел красный Ян Кайзер. Он сел на краешек матраса, посмотрел на Марго и сказал:

— Вы тут чай пьете… А там история вершится…

Марго отметила про себя, что Ян совсем не запыхался, стало быть красен по причине столкновения с Росянкой и пребывания в ее настойчивых объятиях.

— Анархотеп — слыхали про такого? — спросил Ян, снова глянув на Марго и пытаясь угадать, почему она не отвечает.

— Нет, а кто это? — встрепенулся Серго-го.

— Партия любителей анархии. Анархотеп их возглавляет, вроде бы. — поделился своей оосведомленностью Ладо.

— Быть такого не может, — не поверил Серго-го.

— Исчезнет в сорок восемь часов, — сказала Марго, злорадно кивнув, — как и все остальные.

— Сколько ему там жить осталось? — поинтересовался Ладо.

— Да, когда он провозгласился? — спросил у всех Серго.

— Его, наверное, уже нет. — заключила Марго.

— Ничего подобного, — с победоносным видом заявил Ян. — Выдержали две недели и не исчезли.

— Они? Их что, много? — удивился Ладо.

— Говорят, их двое. — сказал Ян. — Говорят, Анархотепы посменно дежурят — день властвует и распоряжается один, день — другой. Так и правят на пару.

Из-за этого настоящая неразбериха. Что вчера один Анархотеп приказал, сегодня отменяет второй. Зато и они сами не исчезают, и анархия себе воцаряется…

— Хороший способ, — задумался Ладо. — Но если бы их действия друг другу не противоречили, если бы они договорились править сообща, наверняка оба бы исчезли.

— Один Анархотеп гоняет народ за кирпичами, и они уже растащили по кусочку два министерства. А второй Анархотеп распоряжается копать котлован на вершине Городского Холма. Так все бросают кирпичи и бегут с лопатами на холм, — говорил Ян.

— Я поняла, — сказала Марго, покачав головой, — это так просто…

— Что ты поняла? — спросил Серго.

— Они на самом деле договорились, но это пока не так заметно. Когда все поймут, возможно, Анархотепы исчезнут, оба. Я — уже догадалась, так что они, кажется, уже исчезли. Из-за меня.

— Что поймут?

— Что заметно?

Марго ответила:

— Они копают котлован, чтобы что-то построить на Холме. Для этого им и кирпичи.

— Кого они пытаются обмануть? — вздохнул Ладо.

— Если это высшая сила, некий сверхразум… — сказала Марго и задумалась.

— Скажи лучше «бог», — предложил Серго.

— Бог? Возможно. — кивнула Марго. — Но не на сто процентов. Анархотепы прибегли к уловке, которую высшей силе раскусить ничего не стоит, раз я, простая журналистка с неудавшейся карьерой, догадалась.

Все уважительно закивали.

— Значит не в этом дело.

— Как ты сказала? — переспросил Ян. — Анархотепы исчезнут, когда все поймут?

— Ну да, — воскликнула Марго, и еще громче, — Да, да! Все дело в коллективном подсознательном желании. Толпе надоел порядок, надоело начальство, и оно всё исчезло. Но если вождь специально разводит анархию, к тому же их двое, то коллективное подсознание не воспринимает их как объект для исчезновения…

— Если Анархотепы узнаю, что мы владеем этой страшной тайной… — покачал головой Серго.

— По-моему, раз догадались мы, то скоро и другие поймут, — предположил Ян.

— Это очень даже вероятно. Правда, Марго?

Марго пожала плечами. Ей больше по душе было осознавать себя исключением.

— И воплощение Анархии исчезнет, как жалкий главврач или директор школы? — удивленно произнес Серго. — Олицетворение желаний толпы канет в небытие?

— Никакое он не олицетворение, — возразила Марго. — То есть они.

* * *