Читаем Игра в бары полностью

– Гудвин сообщил мне о ваших объяснениях, а миссис Джеффи слышала от мисс Идз, что та намеревалась назначить вас президентом. Вы знали о том, что миссис Фомоз должна была стать директором?

– Да. Присцилла хотела, чтобы директорами работали женщины, и нам требовались пять кандидатур. Она, я и Сара Джеффи – трое, мисс Дречер, управляющая фабрикой – четвертая, на роль пятой вполне подходила Маргарет, очень преданная Присцилле. Короче, мы посчитали, что подобный жест вреда не принесет.

– Это единственная причина вашего решения?

– Да. Честно говоря, я приняла такой вариант без особого воодушевления. Ведь, участвуя в работе, Маргарет, естественно, слышала бы все, что обсуждается на совещаниях. Присцилла полностью ей доверяла, да и я не сомневалась в ней, просто мне хотелось узнать немного больше о ее взаимоотношениях с мужем. Надежные женщины склонны, как правило, все выбалтывать своим супругам. Вот почему я приходила к Маргарет на прошлой неделе. Я собиралась встретиться с ее мужем и посмотреть, как они ладят. Тут нет никакой тайны…

– Неправда! – Энди снова дал себе волю, рванувшись вперед.

Я перехватил его по дороге. Он попытался пройти прямо сквозь меня, и мне оставалось либо нырнуть в сторону, чтобы не быть раздавленным, либо обезвредить его. Выбрав последнее, я недооценил подвижность и вес мистера Фомоза. В результате моя рука взметнулась не только для того, чтобы заставить его упасть, но пока он поднимался и двигался на меня, огибая стулья, она извлекла из кармана кастет.

– Послушай, мальчик, – заметил я ему, – я совсем не хочу пробовать на тебе свой инструмент, но ты, пожалуй, лучше вздремни. Садись-ка и поговорим дальше. – Следя за ним уголком глаза, я обратился к Вульфу: – Вы позволите ему высказаться?

– Не теперь. Позже посмотрим. Продолжайте, мисс Дьюди.

Она подождала, пока Фомоз подойдет к своему креслу, потом заключила:

– Мой визит к Маргарет Фомоз и наша беседа совсем не значительны с точки зрения мотива. Говорить ли мне дальше?

– Излагайте все, что, по-вашему, может помочь следствию.

– Мне будет трудно не создать ложного впечатления, но я попытаюсь. Я вовсе не собираюсь утверждать, будто считаю возможным, что один из моих компаньонов убийца, но факты есть факты. Хотя Присцилла и не питала ко мне нежных чувств, она была высокого мнения о моем уме и способностях. Кроме того, по ее мнению, женщины обязаны добиваться власти. Решив около полутора лет назад взять дела «Софтдауна» в свои руки, она была возмущена тем, как подобострастно относятся к ней мужчины, особенно присутствующие здесь. И в то же время они не скрывают…

Двое из мужчин зашумели. Мисс Дыоди умолкла. Вульф метнул на них грозный взгляд. Они притихли.

– …Не скрывают своей отрицательной позиции к ее желанию понять тайны процессов производства и продажи полотенец. Если я и разделяла их сомнения, то у меня хватило ума ничего не демонстрировать, и Присцилла оценила это. Она сблизилась со мной, стала обращаться за разъяснениями. В результате у меня появились веские причины ожидать крупных продвижений по службе как только дело перейдет в ее руки. А чего следовало ожидать остальным, они расскажут сами. Могу еще добавить, что в 1941 году, при жизни мистера Идза, я как помощница президента получала сорок тысяч долларов. А в прошлом году – восемнадцать тысяч. Присцилла пообещала мне начальное жалованье в пятьдесят. Жалованье мистера Брукера – шестьдесят пять тысяч.

Вульф хмыкнул, по-моему, раздраженно. Наверное, его возмутило известие о том, что простой торговец полотенцами зарабатывает в два раза больше него. Он спросил:

– Эти джентльмены знали, что мисс Идз намеревалась назначить вас главой корпорации?

– Пускай они сами ответят. И если… если их ответ будет отрицательным, мои слова подтвердятся.

– Продолжайте, мисс Дьюди.

– Предположительно обеих убил один и тот же человек: Маргарет Фомоз около десяти тридцати, а Присциллу – до двух. В течение указанных трех с половиной часов я…

– Ради бога, – перебил ее Вульф, – давайте побережем время.

– Что? – Ее брови взлетели вверх.