Читаем Игра в бары полностью

Через несколько секунд, поступью отнюдь не легкой, впорхнула валькирия. Миссис Джеффи поинтересовалась, остался ли еще кофе. Та ответила утвердительно и удалилась. Вскоре она вернулась, неся желаемое на подносе, хотя теперь ей об этом не напоминали. Миссис Джеффи сдвинулась на краешек дивана, налила себе чашку и сделала глоток.

– Могу сообщить вам, – сказала она, – в каком возрасте я впервые встретилась с Прис.

Я от всей души поблагодарил ее. Она отпила еще немного кофе.

– Я старше Прис на четыре года, ей было тогда около двух недель. Мой отец имел пай в деле ее отца, и семьи дружили. Для детей, конечно, четыре года – большая разница, но мы все равно нравились друг другу, и когда вскоре после смерти матери, а потом и отца Прис переехала жить к Холмерам, мы с ней были, как сестры. Мы много времени проводили врозь, поскольку учились в разных школах, но всегда писали друг другу. Наверное, по тысяче писем каждая сочинила. Вам известно о том, что она бросила колледж и поселилась в Вилледже?

– Да.

– Именно в то время мы стали особенно близки. Мой отец тогда уже умер, а мама и того раньше, и я практически жила с Прис, хотя имела собственную квартиру. Беда Прис в том, что у нее было слишком много денег. После нескольких месяцев в Вилледже она неожиданно уехала, и знаете почему? Из-за горничной, Маргарет. Она повезла Маргарет в Новый Орлеан навестить больную мать. Слышали вы когда-нибудь что-то подобное? Она оставила меня развязываться с Вилледжем. Мы все еще дружили, она писала мне из Нового Орлеана, и в каком-то из писем сообщила, что встретила принца и вышла за него замуж. Теперь они уезжают в Перу, где у него торговое дело в Андах или где-то там еще.

Миссис Джеффи допила кофе, поставила чашку с блюдцем на поднос и откинулась на подушки.

– Это, – сказала она, – было последнее письмо от Прис. Самое последнее… Возможно, оно еще сохранилось… Я помню, что вложила в конверт его фотографию. Я удивлялась, почему она не пишет, и вдруг Прис позвонила, уже из Нью-Йорка. Причем, вернулась она одна, если не считать Маргарет. Она назвалась мисс Присциллой Идз. Мы несколько раз встречались, когда она купила в Вестчестере дом, я туда даже съездила, но Присцилла стала совсем другой. Она больше меня не приглашала, а если бы и пригласила, я отказалась бы. Почти три года я вообще ее не видела, до тех пор, пока она не съездила в Рено, не развелась и не примкнула к Армии Спасения… Вы слышали об этом?

– Да.

– К тому времени, как Прис узнала о смерти моего мужа, с Армией она тоже покончила. Она решила приняться за дело отца, но не могла получить его в собственность до двадцати пяти лет. Она стала больше походить на прежнюю Прис, и мы бы снова начали ладить, но я совсем недавно потеряла Джека и не желала ладить вообще ни с кем, так что увидела я ее только на прошлой неделе, а потом не… – Она внезапно замолчала и вздернула подбородок. – Господи, ведь я не выполнила ее желания… Это никак не повлияло на ее смерть, правда? Не потому ли вы ко мне пришли?

Я покачал головой.

– На первый вопрос я ответить не могу. Но пришел я по другой причине. Она не пыталась снова с вами связаться по телефону или письменно?

– Нет.

– А кто-нибудь из людей «Софтдауна»?

– Нет.

– Где вы были в понедельник вечером? Мне ваше алиби не требуется, но в полиции вас будут спрашивать.

– Не будут.

– В случае, если справятся с делом раньше, чем доберутся до вас. Потренируйтесь на мне, назовите людей, с которыми вы играли в канасту.

– Я не играла, я сидела дома.

– В каком обществе? Возможно, с Ольгой?

– Нет.

Я снова потряс головой.

– Такой ответ говорит об отсутствии у вас практики. – Я чуть подался вперед. – Послушайте, миссис Джеффи, я бы вполне мог вам поверить. Я здесь под фальшивым предлогом. Я сказал, что Вульфу и мне необходима информация, но не только: нам нужна еще и помощь. Вам, конечно, известны условия завещания отца Присциллы? И вы знакомы с пятерыми людьми – Холмером, Брукером, Квестом, Питкином и мисс Дьюди, – которые теперь, после смерти мисс Идз, унаследуют большую часть софтдаунского капитала?

– Безусловно. – Нахмурившись, она внимательно меня рассматривала.

– Отлично. Вы акционер. Мы собираемся привлечь вас к действиям против этой пятерки. Возьмите либо своего юриста, либо нашего. Мы хотим, чтобы вы просили суд не допускать их к наследству, пока не будет установлено, что они не имеют отношения к преступлению. По нашему мнению, в создавшейся ситуации суд примет подобную просьбу и удовлетворит ее.

– Но зачем? – Она насупилась еще больше. – Для чего все это?

– Для того, что вы не можете не питать вполне законного интереса к тщательному ведению дел фирмы.

Для того, что вы и Прис были подругами, а в прошлом – даже близкими. Как вы думаете, кто убил ее?

– Не знаю. Меня ее смерть страшно потрясла.