Читаем Игра снайперов полностью

– Так, ни слова больше, – одернул его Ник. – У нас есть вероятные цели, но имен я слышать не хочу. У имен всегда есть подтекст, история, предыстория, политические склонности, и всему этому не место в нашей работе. Поэтому джентльмен, которого ты чуть было не назвал по имени, отныне будет известен нам под кодовым псевдонимом Секретной службы – «Магнат». Для нас он просто позывной. Должность, которую в данный момент занимает некий гражданин. Мы защищаем не человека, а должность. Что еще?

– Ну, раз уж ты завел такой разговор, – сказал Боб, – пора бы задать вопрос, который вертится у всех на языке.

– Жду не дождусь, – произнес Ник.

– Всем, кто читает газеты или хотя бы дышит, известно, что в некоторых кругах Магнат не пользуется популярностью. Что, если в результате поисков мы разворошим какое-нибудь американс…

– И снова стоп, – перебил его Ник. – Не желаю выслушивать эти беспочвенные спекуляции. В нашем уголке леса они под запретом. Мы пытаемся предотвратить уголовное преступление, а не попытку государственного переворота. Вот почему я не стал подключать ни ЦРУ, ни Секретную службу. Вот почему я не отправился в Белый дом. Нам нужна ясность, а не оргия перепившихся мартышек. Если – подчеркиваю, если – мы выйдем на что-нибудь подобное, обсуждать это следует только со мной и ни с кем иным, включая коллег. А я уже решу, стоит ли давать информацию директору. Но если всплывет хоть малейший намек на заговор влиятельных жителей округа Колумбия с целью устранения Магната – да к тому же с привлечением иностранных специалистов, – все мы прекрасно понимаем, что мартышки перепьются и устроят оргию, от которой не будет толку ни для кого, кроме мартышек. Так что, если нет неопровержимых доказательств, пятки вместе, носки врозь, по сторонам не смотреть, копать не вширь, а вглубь. Понятно?

Все промолчали, а молчание, как известно, знак согласия.

– В таком случае разбираем пачку, смотрим внимательно и стараемся что-нибудь найти. Простите, мистер Гольд, вам эти документы показать не могу.

Началась настоящая работа. Свэггер разглядывал мутные фотографии незнакомых мест, сделанные с большой высоты. На каждом листе – окружность с диаметром три тысячи шестьсот девяносто четыре ярда, в центре – точка, обозначающая положение вероятной цели. В пределах этой окружности стрелок мог быть где угодно.

Не задумываясь о том, кто окажется мишенью, Свэггер прикидывал углы и расстояния. Удобнее всего было стрелять по министру транспорта. Джуба мог забраться на резервуар нефтехранилища на другом берегу Миссисипи и послать пулю на стадион Буша, где чиновница будет делать первую подачу в матче с участием «Кардиналс». Но в этом выстреле не было никакого смысла.

Места публичных появлений Магната были не столь уязвимыми, но вполне подходящими. Однако Магнат любит импровизировать и способен сорвать любые планы. Например, проснется утром, решит, что давненько не играл в гольф, и отправится в какую-нибудь Флориду. Магнат сам себе хозяин – он же президент, в конце концов!

Пожалуй, для выстрела лучше всего подходил его визит в балтиморский «Центральный клуб» на званый обед с влиятельными бизнесменами в страховой конторе «USF amp;G». Джуба мог занять позицию в здании «Экселон» по другую сторону Балтиморской гавани, но ему пришлось бы стрелять через стекло, а к такому он не готовился. Возможно, неподалеку будет его помощник, он выстрелит под углом и разобьет стекло, после чего Джуба отправит свою пулю в Магната? Теоретически возможно, но… слишком много «но».

Пришло время отвлечься на обед, но никто не стал отвлекаться. Затем пришло время перерыва на кофе, но никто о нем не вспомнил. Все пахали как проклятые.

Наконец Чендлер сказала:

– Все варианты допустимы, но по той или иной причине маловероятны.

– И что вы предлагаете? – спросил Ник.

– Не исключено, что в одном из ключевых выводов кроется фундаментальная ошибка.

– Вы слышали ее, мистер Гольд?

– Слышал. Предположение вполне разумное. Вопрос в том, где искать этот ключевой вывод.

– Мы взяли за основу расписание Секретной службы, так? – продолжила Чендлер.

– Так.

– Это самый ненадежный фактор. Вот смотрите. Свэггер измерил расстояние. Неоспоримое значение, полученное опытным путем. Далее, погода, ветер, угол стрельбы, все прочее – такие же точные значения. Но расписание Секретной службы составляют люди, исходя из информации, поступающей извне. Здесь не обойтись без поправки на человеческий фактор. Люди могут, осознанно или нет, ошибиться, ввести других в заблуждение. Расписание далеко от идеала, может появиться десяток причин, чтобы изменить его.

– Да, все верно. Хотите перезвонить в Секретную службу, чтобы все проверить?

– Вот что я думаю, – сказала она. – Вдруг это мероприятие не имеет никакого отношения к Секретной службе? Не требует особого планирования, перемещения активов, дополнительного персонала, предварительной разведки, координации с местными властями? Вдруг это заурядное событие, не заслуживающее внимания Секретной службы?

– И как нам это выяснить?